Ночь наслаждений

Но Джордж не поранил ее. Похоже, он наслаждался минутой власти. И сейчас сильнее дернул Энн за волосы, приподняв голову, намеренно причиняя ей боль.

– Ты умрешь, – пообещал Дэниел.

– И она тоже, – пожал плечами Джордж.

– Как насчет твоей жены?

Джордж резко вскинул голову.

– Я говорил с ней сегодня утром, – добавил Дэниел, не сводя глаз с Джорджа. Ему отчаянно хотелось посмотреть на Энн, встретиться с ней глазами. Он мог бы без всяких слов признаться ей в любви. Она все поймет: для этого достаточно просто взглянуть на нее.

Но он не смел. Пока он смотрел на Джорджа Кервеля. Джордж Кервель смотрел на него. Не на Энн. Не на нож.

– Что ты сказал моей жене? – прошипел Джордж, но выражение лица на секунду стало неловким.

– Она показалась мне прелестной женщиной, – ответил Дэниел. – Хотелось бы знать, что с ней случится, если ты умрешь здесь, от рук двух графов и сына маркиза.

Голова Джорджа судорожно дернулась. Он повернулся к Хью, только сейчас сообразив, кто перед ним.

– Но вы его ненавидите! Он вас ранил!

Хью только пожал плечами.

Джордж побледнел, попытался что-то сказать, но тут же осекся и пробормотал:

– Есть еще один. На всякий случай, – заверил Дэниел.

Джордж тяжело задышал. Глаза его перебегали с Дэниела на Хью, иногда возвращаясь к Энн. Дэниел увидел, что на лбу Джорджа выступили крупные капли пота. Он дошел да края, а край – это всегда самое опасное место.

– Леди Кервель будет навеки погублена, – продолжал Дэниел. – Изгнана из общества. Даже отец не сможет ее спасти.

Джорджа затрясло. Дэниел наконец позволил себе украдкой бросить на Энн взгляд. Она тяжело дышала, явно была испугана, и да, когда их глаза встретились…

С таким же успехом она могла сказать это вслух.

– Этот мир не слишком добр к женщинам, которых выбрасывают из собственных домов, – мягко добавил Дэниел. – Спроси хотя бы Энн.

Джордж начинал колебаться. Дэниел видел это в его взгляде.

– Если отпустишь ее, – пообещал он, – будешь жить.

Он будет жить, но только не на Британских островах.

– Предоставляю тебе объясняться с ней.

Голова Джорджа дернулась, словно воротничок стал слишком тесным. Он яростно заморгал, на секунду прикрыл глаза и…

– Он ранил меня! О господи, он ранил меня!

Дэниэл повернул голову, только сейчас сообразив, что это выстрелил Хью.

– Ты спятил, черт возьми?! – рявкнул он, метнувшись к Энн, чтобы схватить ее и унести подальше от Джорджа, катавшегося по полу и воющего от боли.