Ночь наслаждений

Таких, как он, трудно не заметить – ослепительно красив, с улыбкой, от которой девушки таяли. Каждая была влюблена в него. Все и всегда влюблялись в него.

Аннелиза едва заметно улыбнулась. Пусть остальные девушки влюблены в Джорджа, но она единственная, которую любил он.

Но после того, как она битый час наблюдала за Джорджем, приветствовавшим гостей, ее обуяло нетерпение. Она танцевала с тремя другими джентльменам – двое были вполне подходящими женихами, – а Джордж ни разу не попытался перехватить ее. Не то чтобы она пыталась заставить его ревновать… ну возможно, самую чуточку.

Она отлично сознавала свою красоту. Было невозможно не сознавать, когда столько людей постоянно говорили ей об этом. Люди говорили, что Аннелиза словно пришла из прошлого: ее блестящие черные волосы – наследие древнего валлийского воина, вторгшегося в Англию в незапамятные времена. У отца тоже когда-то были темные волосы, но все говорили, что у нее лучше, особенно потому, что падали легкими волнами.

Марабет всегда ей завидовала. Потому что была похожа на Аннелизу… но не совсем. Кожа не такая белая, глаза не такие синие. Марабет всегда описывала сестру как маленькую избалованную фурию, и, может, по этой причине Аннелиза с первого бала решила танцевать с каждым, кто ее пригласит. Никто не обвинит ее в том, что она слишком высоко метит. Она будет доброй и нежной красоткой, которую любят все.

Теперь ее приглашали все мужчины, потому что какой же мужчина не хотел танцевать с самой красивой на балу леди? Особенно без риска получить отказ.

Должно быть, именно поэтому Джордж не выказывал признаков ревности. Знал, что танцы с другими джентльменами ничего для нее не значат. Никто не затронет ее сердца так, как он!

– Почему он не приглашает меня танцевать? – прошептала она Шарлотте. – Я умру от нетерпения. Ты знаешь, что умру.

– Это бал его родителей, – урезонивала сестру Шарлотта. – И он выполняет обязанности хозяина.

– Знаю. Знаю! Просто я так его люблю! – выпалила Аннелиза и закашлялась, чувствуя, какими горячими стали щеки от унижения.

– Пойдем! – решительно воскликнула Шарлотта, которой только что пришел в голову план. – Обойдем зал. И подберемся так близко к мистеру Кервелю, что он сгорит от желания пригласить тебя на танец.

Аннелиза рассмеялась и взяла Шарлотту под руку.

– Ты лучшая из сестер, – серьезно ответила она.