Ночь – не искушение

С каждым его словом мои самые безумные догадки находили подтверждение. Что если я… эксперимент? Нет, я же реально эксперимент! Вопрос только, найду ли я главное подтверждение.

– Мы с ней… – Сэм опять замялся. – Нашли общий язык. Я предупредил, что в Европе она не сможет долго оставаться, если продолжит в том же духе. Среди людей начали ходить слухи о появлении ведьмы, и мы должны были их пресечь. Она снабдила меня информацией о колдунах и согласилась уехать при условии, что я дам ей этот кулон.

– Есть идеи, зачем он был нужен ей? – спросил Юла.

– Может он принадлежал вампиру?

– Нет. Он мой, – заверил Самуил. – Это не клык, а заточенная кость с моего ребра. Я носил его как напоминание, что бессмертие не означает неуязвимость. Не стоит быть слишком самоуверенным. Я частенько забываю об этом.

Он хмыкнул, поджал губы и глянул на Юлу, предлагая ему продолжать.

– Что ж, – начал он, сжав мое колено. – Это Роксана.

– Да. Она погибала, а у меня было сердце. Ашанти была рядом и очень помогла.

Сэм покачал головой и оборвал его:

– Несомненно, помощь ведьмы при пересадке камня всегда приветствуется, но в нашем случае это невозможно.

Сердца были созданы для мужчин, это знание перешло к нам от создателя охотников как и все остальное, что написано в кодексе. И у меня нет оснований ставить этот постулат под сомнение. Единственное разумное объяснение, которое я вижу, – причина в ней.

– Мы начали копать, – дополнил Юла. – Рокс росла с мамой и не знала отца. А потом мы нашли человека, который сблизился с ее мамой и узнал, что она ей не была родной.

– Это я! – с жалобным стоном отозвался Код, поднимая единственную уцелевшую руку. Лом и Шварц уже закончили с ним и теперь присели рядом, вникая в обсуждение. – Лидия выносила ребенка женщины, которая хорошо ей заплатила за беременность. И сама же провела все процедуры. Здесь, в городке за лесом.

– Ниточки привели нас к этому дому, – дополнил Юла. – Очевидно, здесь жила ведьма. Вероятно, она и является родной матерью Роксаны. Вопрос в том, кто ее отец.

Сэм встал и начал ходить по кругу. Он не мог этого переварить.

– Я почти уверен, что Марине не было дела до любовных похождений. Она была слишком увлечена своими экспериментами, и мужчины ее интересовали только тогда, когда были нужны. А в тот момент под рукой был я.

– О боже, – пискнула я, пряча лицо в ладони. Моя мама – ведьма. Папа – верховный охотник. А я – магический эксперимент.

– Слушайте, даже чисто логически все сходится, это похоже на Марину.