Ночь – не искушение

Затем зачем-то представлял ее без шрамов, пока не перестал их замечать и вовсе. А потом наступала самая сложная стадия – безумные фантазии о том, как целую ее. Я отгонял эти мысли до последнего. И все равно проигрывал себе. Бесстыдно крал ее поцелуй, пока она спала и ничего не подозревала. А вечером, когда мы просыпались, я делал все, чтобы не попасться на эту удочку опять.

И вот он я. Опять мечтаю о ее губах. На этот раз даже не желая ждать. Ее дыхание выровнялось, сердцебиение замедлилось, а губы маняще приоткрылись.

Это, черт побери, выше меня.

Я коснулся их. Сладкие. Даже лучше, чем я помнил. Не смог удержаться и обвел их языком. Я обещал себе, что вот-вот остановлюсь. И даже не подумал о том, что будет слишком поздно. Ее маленький язык потянулся мне навстречу и встретил меня с таким желанием, что меня прошибло током. Я отстранился, чтобы убедиться в худшей догадке, и сердце заколотилось, когда увидел открытые глаза Ашанти.

– Сегодня ты раздуплился быстрее, – прошептала она, а в ее глазах плясали победные смешинки.

Это должно было выбить меня из колеи, ввести в ступор, как и все, что не входило в мои планы. Но тело отреагировало по-своему. Меня потянуло к ней. Мои руки поползли вдоль ее тела, притягивая ближе к себе. Мои губы накрыли ее и возобновили то сумасшествие, в котором я потерял рассудок.

Я хотел ее так сильно, что если бы она попросила остановиться, не думаю, что смог бы. А она не попросила. Ее пальцы заскользили по моим плечам и спине.

Не отрываясь от губ, я раздвинул ее ноги и переместился между ними. Мое тело полностью накрыло ее, и я знал, что причиню ей боль, если слишком расслаблюсь, потому перекатился на спину и увлек ее за собой. Ашанти засмеялась, кажется, не понимая, какое это безумие для меня, с каким трудом я сдерживаю грубого обезумевшего зверя внутри себя. Она – само совершенство. Я провел рукой, по шершавой коже на ее спине, изучая каждый потрясающий изгиб ее маленького сексуального тела. Сжал упругую попку и застонал в ее губы.

– Будет больно, – предупредил я.

– Будет пожар, – ответила она. И думаю, во всех смыслах. Что делать с огнем, я знал. У нас три огнетушителя в спальне. А вот как быть с тем, что у меня разгоралось в груди? Остановить бы все сейчас…

Я поцеловал ее снова и зашипел в нежные губы, когда ощутил ее пальцы на своем члене. Он мог взорваться уже только от ее ласк. Но мы оба хотели большего.