Ночь – не искушение

Она застонала и уперлась ладонями в мою грудь, пытаясь оттолкнуть. И я даже не держал ее. У нее для этого была стена.

Я впустил в игру язык, углубляя вкус и делая поцелуй по-настоящему глубоким. Девчонка укусила меня. Ожидаемо! И приятно, если честно. Слизнув кровь, я положил руку на ее лицо, удерживая от новых попыток навредить мне.

– Еще раз так сделаешь! – прерывисто дыша, произнесла она и подняла коленку. – И я тебе врежу.

– Но если ты сделаешь это, сладкая, я разозлюсь, – предупредил я. – И что тогда? Ты нашла для себя решение – это похвально.

– Оу! – язвительно выдала она. – Ну, тогда как тебе такое?

Любопытство просто снедало меня! Потому я все же позволил ее коленке достигнуть цели. А сразу после этого чертовка прокрутила кран и выставила температуру воды на сраный кипяток, обливая меня с ног до головы. Умно! Она заметила, что мне не нравится горячая вода, и тут же обратила это в оружие.

Попытку сбежать я пресек так же быстро, как и вырубил горячую воду.

– Как я и сказал, – прошептал в ее губы, обхватывая руками шею. – Этого мало. И теперь я зол.

– Ты не кажешься таким уж злым, – ответила она, будто пыталась призвать меня к благоразумию. Я улыбнулся, потому что ее дерзость мне нравилась. Мне нравилось в ней все с каждой секундой больше и больше.

Обхватив ее ноги, я поднял малышку и вжал в стену. Теперь она оказалась чуть выше, и ей пришлось вцепиться руками в мои плечи.

– Ты не хочешь знать, какой я, когда по-настоящему зол, – заверил я, покрепче обхватывая ее задницу и опуская чуточку ниже по своему животу с каждым словом. – Но ты уже дошла до опасной границы.

Ее ногти вонзились в мою кожу, причиняя легкую боль и вызывая такие же мурашки по коже, как и у нее. В голубых глазах – злость и вызов. И больше ни капли страха. Да, так мне определенно нравится больше.

– Я дошла до душевой кабины, чтобы помыться и отправиться на работу, – заявила она с полной решимостью меня отчитать.

Ну, она нарвалась еще тогда!

А я просто не мог остановить свои пальцы. Дерзость в ее глазах бросала вызов. Я должен был увидеть, как они закатываются от блаженства, и ее зубы прикусывают полную нижнюю губу в попытке сдержать стон. Она бы захотела его сдержать. Ведь иначе ей бы пришлось признать, что она хочет меня.