Ночь – не искушение

Я ждала злых слов или другой реакции, которая обычно следует у обиженных мужчин. Юла не стал уходить и стучать дверью. Он молча отвернулся, достал со шкафа дорожную сумку и начал собирать наши вещи.

– Ты не подумай, я не давлю на тебя, – начал он убийственно спокойно. – Но у тебя есть три дня, чтобы захотеть меня.

– Что? Почему три дня?

– Мои вампирские потребности просыпаются раз в три-четыре дня. – Он обернулся ко мне и посмотрел на меня недвусмысленно. – Я хочу тебя постоянно. Но раз в три дня я в буквальном смысле не смогу удерживать себя от тебя.

Я поняла, о чем он, и с ужасом замотала головой.

– Неа! Нет! Я выломаю твои клыки, если только попытаешься укусить меня снова. Иди кусай Блефа за задницу. Но только не меня!

Юла расхохотался, будто бы я здесь не угрозами разбрасывалась, а шутками.

– Если бы Блеф был моей Невестой, я бы так и делал, не сомневайся.

Что за дурацкие шутки на этот раз?

– Какая к черту невеста? – пропищала я. – В какой это момент ты мне сделал предложение, а? Может, когда украл меня, вывез из страны и привязал к кровати? Нет? Тогда, может быть, пока я была без сознания, а ты помещал в мою грудь каменное сердце? Потому что, знаешь, я не помню, чтобы сказала тебе «да»! Ну хоть, блин, единственный раз!

Стойко все выслушав, Юла опять отвернулся к вещам.

– Кодекс, – только и молвил он. Кажется, внутри ответы на все мои вопросы.

Я раздраженно схватила книгу и устроилась на кровати, открывая первую главу. «Охотники. История появления» – гласило название.

«Все камни связаны сетью – единым разумом, который таит в себе историю, силу и знания.

Каждый охотник может обратиться к этому разуму в трудную минуту и почерпнуть из источника то, чего ему не хватает. Сила сердец накопительная. Чем больше каждый из братьев усовершенствует себя, тем сильнее станет его последователь. Смерти для охотника нет. Есть отдых. Одни уходят на покой, передавая свое бремя другим. Этот процесс нельзя прерывать. Охотники будут существовать до тех пор, пока существует человечество...»

Я тайком глянула на Юлу и улыбнулась, потому что он наконец заснул.

Первые лучи солнца проникли сквозь иллюминатор самолета, и недоделанный вампир вырубился. Я хмыкнула, задержав взгляд на его лице. Каждый раз, смотря на Юлу, я почему-то испытывала совершено разные и новые эмоции. За последние дни столько всего судьбоносного произошло, что хватило бы на несколько жизней, а я все еще находила в рыжем безумце что-то новое. И что-то подсказывала, что еще далеко не все нашла.