Ночь поцелуев

Главное заключается в том, что он попросту не любил жену, не уважал и нисколько с ней не считался. А я мечтаю о настоящем браке.

— Настоящий брак… нелегко определить, что ты вкладываешь в это понятие. Семейная жизнь сложна.

— Если в нее вступают с уважением и любовью, сложности, наверное, не так заметны.

— А почему ты решила, что принц не питает к тебе этих чувств?

— Он питает ко мне вожделение, — откровенно пояснила Кейт, — а это мало что значит.

— Без вожделения ничего не бывает, — покачала головой Генриетта.

 — Между мужчиной и женщиной, разумеется. Представь, например, твоего предполагаемого жениха, лорда Димсдейла. Если бы женщина смогла почувствовать к нему вожделение, чувство пришло бы само собой. В ином случае… совсем не уверена.

— Гейбриел тяготится необходимостью жениться по расчету: это противоречит его характеру, — и потому, ради самоутверждения, в свободное время ухаживает за мной. Раздумывает, не сделать ли меня любовницей. Играет в принца, влюбленного в дочку свинопаса.

Последовало долгое молчание.

— Что ж, оценка холодная, — наконец заключила леди Роут. — А мне принц видится страстным, ради любви готовым на многое.

— Ни один принц не способен на жертвы, — возразила Кейт. — Женитьба для них — результат протокола, следствие международных соглашений и объект государственного интереса.

— Но в этом отношении нельзя сравнивать его с твоим отцом.

— Мой отец должен был жениться на вас.

— Но тогда тебя не было бы на свете. Более того, я любила первого мужа. И Лео тоже люблю.

Тот, кто промелькнул между ними, не был ужасным, но особого энтузиазма не внушал. Во всяком случае, всю жизнь сохнуть от несчастной любви я не собиралась.

— Невозможно представить вас в роли страдалицы с разбитым сердцем.

— Совершенно верно, — согласилась Генриетта. — Потому что я ненавижу страдать — это абсолютно бесполезное занятие.

— Хотелось бы выйти замуж независимо от материальных соображений.

— Главное — не влюбиться в того, кто намерен жениться на тебе из материальных соображений.

— Не влюблюсь, — уверенно пообещала Кейт.

— Хотелось бы верить, — покачала головой Генриетта. — Будь я в твоем возрасте, непременно сама влюбилась бы в принца.

— Ну а я найду человека, который полюбит меня ради меня самой, и отдам ему свое сердце.

— Я пытаюсь вспомнить, была ли когда-нибудь такой же молодой, как ты, но, к сожалению, прошлое тонет в густом тумане.

— Какая же я молодая? — грустно улыбнулась Кейт. — Скоро восемьдесят, как вы сказали об Эффи.