Ночь поцелуев

Правда заключалась в том, что Софонисба была обручена с одним немецким владетельным князем, но стоило невесте приехать ко двору, тот не выдержал сурового испытания и сбежал. Ее с позором отправили домой, а великий герцог решил впредь не рисковать.

— Ее светлость слыла красавицей, — пояснил Гейбриел, склонившись к Татьяне.

— Я и сейчас красавица, — гордо заявила тетушка. — Возраст роли не играет.

Татьяна послушно кивнула.

— Моя бабушка говорила, что в ее время дамы были покрыты таким толстым слоем пудры и носили столько мушек, что трудно было определить, кто под ними скрывается — женщина или лошадь.

Все замолчали. На лице Софонисбы присутствовало четыре или пять мушек, причем одна отклеилась и неопрятно свисала со щеки.

Татьяна поняла свою оплошность и порозовела, как осенний закат.

— Я вовсе не имела в виду никого из присутствующих, ваша светлость, — пролепетала она.

— Когда ваша бабушка была молодой, я еще и на свет не родилась, — неискренне заявила княгиня. Все знали, что ей перевалило за семьдесят пять.

 — Так что понятия не имею, о чем она рассуждала. — Софонисба отвернулась и переключила внимание на князя Дмитрия: — То, что вы говорите о португальцах, самая настоящая чушь! Пьяных среди них никогда не было!

— Прошу прощения, — раздался справа от Гейбриела спокойный голос.

— Тетушка не обиделась. — Принц посмотрел на Татьяну и улыбнулся. До чего же молода!

— Иногда язык подводит — сам болтает лишнее, — прошептала княжна.

— Принц! — позвала тетушка, прервав очаровательное, хотя и скучное признание.

 — Откровенно говоря, мой мочевой пузырь сейчас лопнет.

Гейбриел тут же поднялся.

— Прошу извинить, — обратился он к собравшимся. — Княгиня нездорова, и мне предстоит проводить ее в будуар.

— Никакое это не нездоровье, а просто старость, — проворчала Софонисба и махнула тростью в сторону Бервика.

Тот немедленно подошел и почтительно помог ей встать.

— Ты лучше всех, — привычно похвалила его тетушка, потрепала дворецкого по щеке и обвела стол властным взглядом.

 — Вот, родился в сторонке, а такой же принц, как и брат.

Леди Дагобер побагровела от негодования, однако князь Дмитрий выглядел так, словно пытался сдержать улыбку, что, несомненно, делало ему честь.

Пока Бервик помогал даме поправить юбку и вернуть трость в надлежащее положение, Гейбриел склонился к плечу невесты.

— Видите? Разве ее можно чем-нибудь смутить?

Татьяна одарила принца благодарным взглядом. Да, из этой красавицы получится замечательная принцесса.