Ночь поцелуев

К тому же она с горечью сознавала, что выглядит очень худой, почти изможденной, и опасалась, что без роскошной копны на голове вряд ли сможет привлечь благосклонное внимание окружающих.

— Ни за что! — категорично отрезала она, стараясь говорить громче, чтобы заглушить рыдания Виктории.

Странно, но отказ вовсе не был для Кейт типичным образцом поведения. На протяжении последних семи лет ей приходилось то и дело вступать в отчаянные схватки с мачехой — например, когда та уволила опытного эконома и возложила на падчерицу обязанность закупать все необходимые продукты; когда прогнала управляющего поместьем и швырнула хозяйственные книги, заставив по ночам заниматься сложными подсчетами.

Но при этом Кейт ни разу не отказалась выполнить приказ: покорно приняла счета и гроссбухи, покорно попрощалась с любимой гувернанткой, с надежными горничными, с управляющим и экономом.

По иронии судьбы виной всему, по-видимому, было тщеславие, заставлявшее Кейт брать на себя решение нелегких задач и справляться с любыми, даже самыми сложными, поручениями.

— Не буду стричься, — повторила Кейт с несвойственным ей упрямством.

Месье Бернье всплеснул руками и с ужасающим французским акцентом воскликнул, что с модной стрижкой мадемуазель сразу помолодеет на десять лет, а каждый год для нее — драгоценное приобретение.

Еще один удар по самолюбию.

— Благодарю за ваше мнение, месье, однако менять принятое решение не намерена.

— Ты все, все испортишь! — Казалось, Марианна сходила с ума от разочарования и злости.

 — Погубишь сестру! Она не сможет выйти замуж и родит ребенка вне брачных уз!

Кейт заметила, что глаза парикмахера изумленно расширились, и посмотрела на него так, как научилась смотреть за семь лет управления поместьем. Взгляд подействовал мгновенно: месье Бернье смущенно заморгал.

— Ничего страшного, мама, — всхлипнула Виктория. — Кейт просто возьмет с собой мои парики. Конечно, в них очень жарко, но несколько дней можно и потерпеть.

— Парики, — ошеломленно повторила Марианна и выпустила в воздух кольцо дыма.

— Их у меня не меньше дюжины: все разных цветов, в тон платьев, — продолжала Виктория. — Если Розали будет каждое утро туго заплетать волосы, а косы закалывать, то парики отлично подойдут. Все решат, что мне нравится регулярно менять внешность.

— Возможно, — согласилась Марианна и снова глубоко затянулась.

— Дам тебе даже самый модный, черкесский, — пообещала Виктория, и Кейт поморщилась.