Ночь поцелуев

— Неужели действительно собираетесь лечь спать? — тихо спросил Элджи, когда общество наконец встало из-за стола и направилось в гостиную. — Знаю, что редко выходите в свет, но сейчас еще очень рано.

«Редко выходите в свет». Чрезвычайно мягкое описание той жизни, которую Кейт вела в доме мачехи.

— Оставайтесь здесь, — распорядилась она. — Чем меньше я буду мозолить гостям глаза, тем лучше. Мистер Тулуз скорее всего встречался с Викторией прошлой весной. Можно считать, нам повезло: кажется, он не обратил на меня внимания, когда минуту назад мы столкнулись с ним лицом к лицу.

Элджи пожал плечами.

— На всякий случай лучше улыбаться всем подряд. Важно произвести на принца благоприятное впечатление. Кто бы мог подумать, что здесь соберется столько народу? Не случайно лорд Хинкл недавно сказал, что бомонд умирает от любопытства: все хотят увидеть моего дядю.

Теперь, когда выражение «мой дядя» обрело плоть и кровь, звучало оно совсем по-другому. Кейт не сомневалась, что родство с персоной королевских кровей послужит лорду Димсдейлу отличным подспорьем в свете.

— Увидимся утром, — пообещала она и повернулась, чтобы уйти.

Гостиная едва вмещала участников ужина, и в воздухе причудливо переплетались отзвуки множества голосов. Внезапно, возле двери, Кейт преградила путь фантастическая особа. Выглядела она лет на сорок и поражала яркой, если не сказать роскошной, внешностью. В отличие от многих присутствующих дам волосы незнакомка не остригла, а собрала в пышный пучок и напудрила, придав прическе земляничный цвет.

— Ты! — воскликнула неизвестная леди.

Кейт как раз пыталась незаметно ускользнуть, однако игнорировать столь прямое обращение оказалось невозможно.

Знала она скорее всего Викторию, но сказать об этом не хватило духу, и Кейт любезно улыбнулась.

— О, конечно! Как поживаете?

— Нет, лично мы не знакомы, — нетерпеливо перебила ее дама и помахала украшенным драгоценностями веером.

Кейт сделала положенный в таких случаях реверанс.

— Так и есть! Ты как две капли воды похожа на Виктора. Вот уж действительно дьявол! — Впрочем, последнее замечание прозвучало с нескрываемой нежностью. — У тебя его нос и его глаза.

— Вы знали моего отца? — пролепетала Кейт.

— Еще как! — широко улыбнулась дама. Подобную озорную улыбку трудно было ожидать от благородной леди. — А зовут тебя Кэтрин.