Ночь поцелуев

Даже после болезни.

— Понимаете… — начала Кейт и замолчала.

— Позвольте угадать, — продолжил его высочество с улыбкой, которая не имела права на существование. — Мы с Виком сегодня долго обсуждали этот вопрос.

— С моим братом Бервиком. Он сказал, что вы догадались о нашем непосредственном родстве.

— Всего лишь предположила, — смущенно согласилась Кейт.

— Вот и я всего лишь предполагаю! — торжествующе подтвердил принц. — Короче говоря, вы — внебрачный побег семейного древа и по какой-то неведомой причине призваны заменить в поездке Викторию.

Версия объясняет множество тайн: ваши руки, ваше равнодушие и к собственным собакам, и к собственному жениху, полное отсутствие сходства с пухленькой напудренной Викторией и осведомленность в таких вопросах, как размеры свинарника.

— Пухленькая и напудренная? — повторила Кейт, отчаянно пытаясь найти выход из ловушки. Доказывать собственное законное происхождение в данной ситуации было бы ошибкой.

— Одна из самых злых на язык сплетниц выразила глубокое сожаление: доктор якобы заставил вас проводить много времени на солнце, и от этого кожа утратила былую прелесть.

— Она специально вас отвлекала, чтобы вы не заметили ее раздвоенных копыт.

— Вполне возможно, — широко улыбнулся Гейбриел.

— Кажется, история чрезвычайно вас веселит, — сурово произнесла мисс Долтри.

— Но вы же все равно родственница, — пояснил принц. — Как только Элджи женится на восхитительной Виктории, вольетесь в большую дружную семью.

— О, до чего же чудесно! — ехидно заметила Кейт, пытаясь поймать водяную лилию.

Она украдкой взглянула на слугу, но тот прилежно греб и прилагал массу усилий, чтобы не задеть другие лодки, которых на озере оказалось немало. — Внезапно стать родственницей принца! Поистине одно из самых значительных жизненных достижений!

— Совсем как у меня на родине, где добрая половина населения тем или иным образом связана с нашей семьей. Итак, как же вас зовут на самом деле? Вик сказал, что Кэтрин, но он может ошибаться.

Значит, дворецкий все-таки услышал досадную оговорку Розали.

— Кэтрин, — подтвердила мисс Долтри. — Хотя обычно все называют меня Кейт.

— Гейбриел, — представился принц.

— Но обычно все называют «ваше высочество», — продолжила Кейт. — Думаю, и мне не стоит выделяться.

— Здесь нас никто не услышит.

Явно довольный собой, Гейбриел принял удобную позу и даже непринужденно откинулся на спинку скамейки. Разоблаченная обманщица заметила, что он впервые смотрит серьезно, без тени улыбки.