Ночь самой дорогой любви

Быстро набрав знакомый номер, принялся барабанить пальцами по столу.

— Да ладно, — голос Захара заставил отвлечься от мрачных мыслей.

— Свободен сегодня? — блядь скорее бы вечер.

— Для тебя всегда, брат.

— Давай сходим куда-нибудь? Я постараюсь освободиться в восемь.

— Я за. В клуб?

— Похуй, лишь бы было сносное бухло.

— Заметано. Звони.

— До связи.

Отложив телефон, я вновь впился глазами в монитор.

Два часа пролетели незаметно, меня отвлек стук в дверь.

— Максим Витальевич, — секретарь выглядела взволнованной.

 — Нашла вам запасной вариант, так что встречу переносить не придется, переводчик будет ожидать вас на ресепшене. — Женщина покрутила на запястье золотые часики и подытожила. — Через пятнадцать минут."

"— Спасибо, — коротко кивнул и проверил: все ли документы на месте. Сложив бумаги в портфель, заблокировал компьютер и взял сотовый.

Встреча займет примерно час-полтора. Вернусь в офис около четырех. Надо будет прочесть пару контрактов и внести поправки во вчерашний договор.

Хотя контракты можно отложить, они не горят. А вот договор надо подготовить.

Я даже боялся думать о том, что не заезжал в офис к своим уже две недели. Пиздец, лишь бы они не сделали меня банкротом.

В коридоре остановился около кофейного автомата. Пока мой эспрессо лился в бумажный стаканчик, глянул на часы и прикинул: успею заскочить в ФЭО или отложить это дело на вечер. Я обещал Арине, что присмотрю за её подругой, но времени не было даже увидеть девушку, не то, чтобы поговорить с ней.

Как только автомат оповестил о готовности напитка, взял стаканчик и направился к лифту. Переводчик должен быть уже на ресепшене, надо поспешить. Глотнув кофе, поморщился. Ну и жижа, надо было напрячь Наталью Анатольевну. Но она итак по уши в делах, не хотелось отвлекать её по пустякам. А зря.

На ресепшене сидела приветливая девушка-администратор. Никого напоминавшего француза в берете и тельняшке не было. Ебаный в рот. Не хватало только опоздать из-за нерасторопного сотрудника.

Я повернулся в сторону входной двери, затем поглядел на часы. Шестнадцать минут второго. Блять.

— Извините, вы Максим Витальевич?

Легкое прикосновение к моему плечу спровоцировало ворох мурашек по телу. А может это из-за голоса, который навеял приятные воспоминания.

Я обернулся и замер. Шум голосов вокруг отошел на второй план. Жизнь словно замерла, давая мне возможность разглядеть ту, кто уже две недели без стука являлась в мои весьма непристойные сны.

27.