Ночная

Раинер тут же переплел пальцы с моими, едва заметно усмехаясь. Я сочувственно улыбнулась в ответ.

С мыслью, что тот, кого ты считал примером, кто был сильнее и опытнее тебя, вдруг оказался предателем, мерзавцем и трусом, чертовски тяжело смириться. Но Раинер, по крайней мере, не ушел в глухое отрицание — а это уже дорогого стоило.

Может быть, он и правда здесь приживется? Останется со мной?..

Если, конечно, будет с кем оставаться…

- Эйви? Что за несчастная физиономия? — спросил знакомый голос.

Я подняла взгляд от наших с Раинером рук, и моя физиономия, подозреваю, стала несчастнее некуда.

И следующим вопросом, который она собиралась задать, несомненно, было что-нибудь в духе: «Что за несчастный парень и когда свадьба?»

А Раинер, наивная душа, еще понял, в какой переплет попал, и обернулся к дверям — со своей фирменной улыбкой и внимательным-внимательным взглядом, за который мне немедленно захотелось ему вломить.

Но Юнити на моей памяти оказалась первой, кто не купился на эту уловку. Вместо того, чтобы немедленно проникнуться ответной симпатией, сестрица нахмурилась и выпрямила плечи. В ее позе чувствовалась скрытая агрессия и твердое намерение навалять по первое число любому, кто сунется слишком близко, — будто у волчицы, защищающей детенышей.

Кажется, Юнити уже назначила виновного в моей несчастной физиономии, и его нужно было срочно спасать.

- Моя физиономия, что хочу, то и делаю, — проворчала я, отвлекая сестер от храмовника.

Брат Раинер словно и не заметил напряжения, с которым его рассматривали мои сестры. Если бы я не знала, в каких обстоятельствах он обычно выдавал это выражение лица, при виде которого все окружающие тут же начинали из шкуры вон лезть, чтобы выставить напоказ свои лучшие черты, то даже и не заподозрила бы, что ему не по себе. Он не понимал, о чем мы говорили, но общий настрой уловил — и повел себя ни дать ни взять жених перед потенциальной тещей.

Эта мысль меня развеселила, и Юнити даже немного смягчилась — а может, просто вспомнила, сколь многим я была обязана Раинеру.

- Это моя старшая сестра, Юнити, — церемонно сообщила я ему по-тангаррски.

- Это многое объясняет, — светски-вежливым тоном откликнулся Раинер, не меняя выражения лица, но дезертировать не попытался. — Передай, что я рад знакомству.

Я честно перевела последнюю фразу, давя неуместную улыбку.