Ночная

Я поймала себя на том, что невольно улыбаюсь в ответ — так же тепло и заговорщически, словно и правда замыслила шкоду на пару с женщиной вдвое старше себя.

- Просто Мира, — категорически заявила она. — Честное слово, мне хватило тех лет, что я была вынуждена обходиться без имени, чтобы и теперь прибегать к титулу.

- Мам… — как-то обреченно и безнадежно вздохнул Оберон, но больше не произнес ни слова. Аино не выныривала из-за веера. Свекор явно ей завидовал, но старался не подавать виду.

- Подразумевалось, что сегодня ты будешь выполнять обязанности моей фрейлины, но, раз уж у тебя уже есть компания, настаивать на постоянном присутствии рядом не стану, — пообещала леди Мира.

Мы прошли через ворота дворцового парка. Я вполголоса переводила Раинеру разговор с графской четой, и храмовник выглядел несколько пришибленным — как и в тот раз, когда к нему в комнату заскочила поболтать принцесса: тангаррское воспитание твердило, что такого быть не может, потому что не может быть никогда, но факты говорили сами за себя.

Стража на входе в парк при виде высоких гостей мигом вытянулась в струнку. Лорд Вейланд задержался, чтобы вполголоса сказать им что-то — лица служителей закона мигом закаменели до полной невыразительности, а Мира, не скрывая веселья, потянула его за собой, не дав договорить. Нас стража только проводила затравленными взглядами.

В дворцовом парке царило оживление. Где-то играла ненавязчивая музыка, по дорожкам сновали изнывающие в униформе слуги, разнося охлажденные напитки и с завистью поглядывая на тенек, где расположились на вышитых покрывалах почетные гости.

Ему, впрочем, и так хватило, когда граф Гейб вдруг развернулся и внезапно собственными руками заставил его пригнуться, выпустив мою ладонь. Я оценила, что вызвало такую реакцию, и поспешно шарахнулась сама, не дожидаясь аналогичного жеста вежливости от шедшей рядом леди Миры.

А над согнутой спиной Раинера просвистел на бреющем полете огромный воздушный змей, рассыпающий искры излишне влитой в него магической силы, — и с громким хлопком ударился об ограду парка, вынудив стражу у ворот дружно подскочить.

Приглушенный возглас на хелльском, раздавшийся следом, пристойному переводу не поддавался, но высшее общество дружно сделало вид, что ничего такого не слышало.