Ночная смена

– Элис, у тебя все в порядке?

– Мне нужно поговорить с тобой, Лиз. Об Эде.

– Боюсь, когда я скажу все, что собираюсь, нашей дружбе придет конец, к моему глубокому сожалению. Поэтому я прошу тебя все внимательно выслушать.

– Может, тогда лучше вообще ничего не говорить?

– Нет, не лучше. Я уже решила.

Элизабет чувствовала, как ее любопытство уступает место злости.

– Ты что – следила за Эдом?

Элис только молча посмотрела на нее.

– Нет. Если бы завидовала тебе или ревновала к поклонникам, я бы переехала еще два года назад.

Элизабет озадаченно посмотрела на Элис. Она понимала, что та говорит правду. И вдруг ей стало страшно.

– Меня насторожили два момента, – начала Элис. – Во-первых, ты написала мне о смерти Тони и упомянула о том, как удачно получилось, что я встретила Эда в лейквудском театре. Ведь он сразу же помчался в Бутбэй и очень тебя поддержал. Но я не встречала его, Лиз. Летом я даже не приближалась к этому театру.

– Но как ему стало известно, что Тони погиб? Понятия не имею.

Знаю одно: не от меня. А второе, что не давало мне покоя, так это его «фотографическая память». Господи, Лиз, да он же не помнит, какие надел носки!

– Это совсем другое, – сухо возразила Лиз. – Это…

– Прошлое лето Эд Хэмнер провел в Лас-Вегасе, – тихо сказала Элис, не дав ей договорить. – Он вернулся в середине июля и снял номер в мотеле прибрежного городка Пемаквид, совсем рядом с Бутбэем. Как будто знал, что может тебе понадобиться, и ждал своего часа.

– Глупость какая-то! А с чего ты вообще взяла, что он был в Лас-Вегасе?

– Я разговаривала с Ширли д’Антонио перед началом семестра.

Она работала в ресторане «Пайнс», прямо напротив театра. Она сказала, что ни разу не видела никого, даже отдаленно похожего на Эда Хэмнера. Так я выяснила, что он несколько раз тебе солгал. Потом я отправилась к отцу, все ему рассказала, и он разрешил.

– Что разрешил? – озадаченно спросила Элизабет.

– Обратиться в частное сыскное агентство.

– Хватит, Элис! Достаточно! – Она сядет на автобус и отправится ночевать к Эду.

Она и так собиралась это сделать.

– Хотя бы выслушай меня, а уж потом поступай, как знаешь, – попросила Элис.

– Я ничего не желаю слушать! Я знаю только, что он мягкий и добрый, и…

– Любовь слепа, верно? – заметила Элис и грустно улыбнулась. – Что ж, может, и мне совсем небезразлична твоя судьба. Такая мысль тебе не приходила в голову?

Элизабет повернулась и пристально посмотрела на подругу.