Дело не в платье, ибо это было еще хуже предыдущего, к тому же испачканное в земле после работы в саду. Возможно, все дело в том, что он никогда раньше не видел ее работающей на воздухе. Ветер растрепал ее волосы, а легкий румянец на щеках свидетельствовал о том, что она долго была без шляпки.
Вот оно что. У нее на голове не было ничего, кроме беспорядочной массы подколотых локонов. Волосы ее блестели даже в жемчужном свете пасмурного дня. Он дал себе минуту, но так и не смог подобрать слово, чтобы описать различные оттенки ее волос.
Коричневый, да, безусловно. Также бронзовый, рыжий, возможно, даже черный. Она выглядела совсем иначе без кошмарного чепца, моложе и не такой невзрачной.
Шагнув ближе, Джулиан кашлянул, чтобы привлечь ее внимание.
Смущенно подняв глаза, Иззи улыбнулась:
— Простите, Джулиан. Я, конечно же, рада вас видеть. Просто немного отвлеклась.
Еще раз, проведя ладонью по лошадиной спине, Иззи подошла к нему.
— Она красавица. С примесью арабской крови, да? Эти изящные копыта, нос — она само совершенство.
Джулиан покачал головой, недоумевая, чему удивляется. Если Иззи в чем-то и предсказуема, то лишь в том, что всегда делает что-то неожиданное.
— Откуда вы знаете лошадей, Иззи? Я думал, Маршвеллы не держат конюшню.
— О, моя мама была прекрасной наездницей. Я начала ездить верхом раньше, чем научилась ходить."
"Увидев изумление на его лице, Иззи рассмеялась:
— А вы думали, что я выскочила из земли уже наполовину взрослой? У меня, представьте, было детство. Чудесное детство.
— Ее улыбка стала печальной.
Джулиан никогда не задумывался о ее прошлом.
— Почему вы стали жить в этом доме, Иззи? Неужели больше некуда было пойти?
— Было, но я не хотела.
Она прижалась щекой к лошадиной морде, закрыла глаза и сделала глубокий вдох.
— Я люблю запах лошадей, а вы?
Джулиан понял, что она хочет сменить тему, но не дал ей этого сделать.
— Что случилось с вашими родителями, Иззи? Иззи открыла глаза и посмотрела на него.
— Они погибли, пересекая Ла-Манш. Мне как раз должно было исполниться двенадцать.
Они отправились в Париж, чтобы привезти мне подарок ко дню рождения. Я не поехала, чтобы это был сюрприз, разумеется. Я как раз была на кухне, упрашивала кухарку дать мне отведать торт. Вошли двое мужчин и сказали, что мои родители никогда не вернутся. — Боль вспыхнула в ее глазах, и на какое-то мгновение она, казалось, мысленно унеслась далеко отсюда. — С тех пор я не очень люблю дни рождения.
Она выглядела такой печальной.
