— Э, нет, увольте, — заместитель директора протестующе поднял руки. — Моя компетенция на это не распространяется. Это епархия лично Стеллы Аркадьевны и товарища Лазарева.
— Лазарева? — переспросил Колчев.
— Нашего консультанта, — уточнил заместитель директора. — Да он был здесь недавно. Минут сорок тому, не более.
— Не повезло, — Колчев досадливо поморщился.
— Если вас интересуют все эти новомодные машины, — в голосе заместителя слышалась ирония, — то могу вас адресовать к нашему оператору. К Елене Александровне.
— Буду вам весьма признателен, — поблагодарил Колчев.
— Идемте, — экс-директор поднялся с кресла.
В небольшой комнате, единственное окно которой выходило на глухую стену соседнего дома, за столом сидела девушка в белом халате. Ее длинные прямые волосы упали на лоб и закрыли склоненное над листом ватмана лицо.
— Елена Александровна, к вам товарищ из редакции, — сказал с порога заместитель директора. — Интересуется вашей машиной.
Леночка подняла от стола лицо, и глаза ее удивленно округлились.
— Колчев! — вскричала она, вскакивая на ноги. — Колька, какими судьбами?.. А я слышала, что ты…
— Привет, Ленка! — довольно бесцеремонно прервал девушку Колчев, обнял и расцеловал в обе щеки.
Девушка смущенно покосилась на заместителя директора, на лице которого появилось что-то похожее на улыбку.
— В одном дворе детство провели, — пояснил, оборачиваясь к нему, Колчев. — Верно говорят: мир тесен.
— А мне кто-то из наших рассказывал, что ты… — начала было Лена, но Колчев и на сей раз не дал ей закончить фразы.
— Да, на радио вот устроился, — он похлопал по футляру «репортера». — Поначалу со спортивной редакцией внештатно сотрудничал, а теперь доверяют сюжеты для субботнего выпуска новостей. Так что шастаю по городу в поисках занимательного да курьезного.
— Не буду вам мешать, — заместитель директора шагнул от двери. — Если буду нужен, я у себя.
7
Колчев с интересом разглядывал приколотый к стене кнопками обрывок рулонной бумаги.
На нем при помощи математических символов была воспроизведена картина, в центре которой коленопреклоненный старец протягивал к распятию Христа ларец с драгоценностями.
— «Поднесение даров», — сказала, Лена, видя, что картинка заинтересовала приятеля детства. — Семнадцатый век. Какой-то голландец… А, может быть, и не голландец. Стелла Аркадьевна просвещала, да я позабыла.
— Ты научила машину рисовать? — спросил Колчев.
