Ночные игры

— Вик, — поморщился Ромка, — он тебя просто провоцирует, успокойся. Может, он вообще ничего такого не имел в виду. Хотел сказать, что мы тебя взяли не за красоту, а за ум.

— Вы взяли?! — взорвалась я. — Это моя команда, Ром! Если уж на то пошло, это я вас всех взяла!

— Твоя? Ммм, понятно. Я‑то, дурак, думал, что это наша команда.

— Прекрасно! Тогда поучаствуй уже в жизни нашей команды! К следующей субботе, будь добр, узнай, сколько мы должны Сашке за бенз, прибавь к взносу на игру, раздели на всех, а потом собери деньги с ребят.

Заряди ноутбук и пауэрбанк, найди все необходимые допы, узнай, все ли смогут, уговори тех, кто не сможет, просмотри предыдущие сценарии авторов, разошли их ребятам, погугли тему новой игры… Ах да, и найди еще хороших игроков в штаб! Для нашей команды!

— Можем вообще не играть, если тебя это так напрягает, — ледяным тоном проговорил Рома."

"— Не напрягает, — мне было так обидно, что я с трудом удерживалась от рыданий, — просто хотелось бы, чтобы мои усилия ценили. А то ты считаешь, что я ничего не делаю.

Что я капитан лишь формально.

— Да все капитаны в этой игре — чистая формальность, — отмахнулся Рома, — не ты одна.

Я уже открыла рот, чтобы ответить, но тут же его захлопнула. Если я сейчас начну говорить, то скажу что‑то такое, после чего мы очень сильно поругаемся. Например, спрошу: если капитанство — всего лишь формальность, почему тогда перед остальными командами Рома усиленно делает вид, будто именно он у нас главный. Перед игрой всегда забирает у меня собранные деньги и заполненный вейвер[2] и сам относит организаторам.

А еще припомню ему, с каким неприкрытым удовольствием он делится с другими ребятами моими косяками, если они вдруг случаются:

— И вот вытаскиваем мы Вику из бункера, а она код неверно запомнила! Пришлось обратно ее туда отправлять. Столько времени потеряли! — и с усмешкой обнимает меня за плечи (типа: ну баба, что с нее взять!)

Я знала: многие команды уверены, что реальный лидер «Енотов» — Рома, а я просто его девушка, которой нравится играть в капитана.

То, что Дарк так считает, для меня вообще никогда не было секретом, но почему же именно сегодня стало нечеловечески обидно?

Слезы все же переполнили глаза, и я запрокинула голову, стараясь не дать им закапать.

— Вик, ты чего! Прекрати, — растерялся Рома. — Ты из‑за Дарка так?

— Из‑за того, что любой придурок может меня унижать, а ты и слова в защиту не скажешь! — всхлипнула я, понимая, что перехожу грань дружбы.