— Не для того я прожила девяносто пять лет, чтобы видеть, как Парис оказалась последним листком на нашем фамильном древе!
— По-моему, вы забыли о Слоан, — вежливо напомнил Ной, стараясь сменить скользкую тему. Как им не надоест твердить об одном и том же и бесцеремонно лезть в чужие дела!
— Вы правы, — чуть пристыженно призналась Эдит. — Слишком мало я ее знаю, чтобы питать к ней родственные чувства, но, разумеется, нельзя сбрасывать ее со счетов.
Ной уже хотел было что-то сказать, но следующая реплика Картера словно окатила кипятком.
Кровь бросилась ему в голову. Он едва не взорвался, но верх взяла обычная сдержанность.
— Будет иметь Слоан детей или нет, она никогда не станет членом нашей семьи! — безапелляционно заявил Рейнолдс. — Она не получила надлежащего воспитания, и сейчас уже слишком поздно что-то предпринимать. Дети Слоан воспримут ее собственные ценности и мировоззрение! Мировоззрение серенького большинства.
— Она еще успеет многому научиться, — храбро вступилась Парис.
— Я не спрашивал твоего мнения, Парис, и будь добра воздержаться от неуместных реплик.
Можешь считать ее своей сестрой, но это никого не касается. Наши друзья, не знают ее, никогда о ней не слышали и, уж конечно, не примут…
— Предлагаю решить вашу проблему. Картер, — почти грубо перебил Ной. — Что собираетесь делать вечером?"
"— Пока Слоан и Пол здесь, стараюсь не строить особенных планов, — ответил Картер, застигнутый врасплох непривычно холодным тоном Ноя. — Возможно, вы и Парис хотите провести с ними время, показать город и развлечься, как принято у молодых людей.
— Прекрасно. Поскольку вы сегодня не заняты, можно дать прием в честь Слоан и представить ее вашим приятелям, сделав все от вас зависящее, чтобы они ее приняли.
— Невозможно, — фыркнул Картер, качая головой.
— Необходимо, — сухо возразил Ной. — Чем дольше вы тянете, тем больше сплетен поползет по городу не только о ней, но и о вас. Не думаете, что люди станут гадать, почему вы так боитесь показать свою дочь? Кроме того, мой отец уже раззвонил о ней своим приятелям, так что новость распространится со скоростью лесного пожара.
— Да будьте же благоразумны! Она прогостит здесь всего две недели и уедет навсегда. Кроме того, прием будет для нее тяжким испытанием. Вряд ли она согласится.
— Ничего, придется немного потерпеть, — с плохо скрытым сарказмом усмехнулся Ной.
— А по-моему, это чудесная мысль, — обрадовалась Парис и тут же съежилась под ледяным взглядом отца, но не опустила глаз.
