С одной стороны, приходилось постоянно сталкиваться с местными поклонниками, провозгласившими се героиней, чем-то вроде иконы и идеалом женщины одновременно, а с другой — терпеть выходки капитана Ингерсолла, пятидесятипятилетнего женоненавистника, считавшего поступок девушки «выпендриванием и показухой», а ее службу в силах полиции — оскорблением своему достоинству, вызовом вполне заслуженному авторитету и подрывом власти, а также бременем, которое приходилось нести, пока не будет найден способ избавиться от наглой девчонки.
В этот момент на сцене возникла лучшая подруга Слоан, Сара Гиббон, причем как раз в тот момент, когда девушка сделала несколько последних витков и с улыбкой протянула катушку Кении.
— Я слышала вопли и аплодисменты, — объявила Сара, мгновенно вникнув в происходящее. — Что случилось с твоим змеем, Кении?
Она улыбнулась мальчику, и тот мгновенно просиял.
Сара обладала подобным воздействием на мужчин любого возраста. Бедняги замирали на месте и безнадежно оглядывались вслед очаровательному созданию с короткими рыжевато-каштановыми волосами, сверкающими зелеными глазами и стройными ножками.
— Он застрял на дереве.
— Верно, только Слоан его достала, — взволнованно вмешалась Эмма, показывая пухлым пальчиком на вершину дуба.
— На самую верхушку! — вмешался Кении. — И она совсем не боялась. Потому что Слоан храбрая.
Слоан ощутила истинно материнское желание несколько смягчить впечатление, произведенное на детей."
"— Быть храбрым еще не значит никогда и ничего не бояться.
Смелый человек — тот, кто, несмотря на испуг, делает то, что обязан сделать. Например, вы мужественно говорите правду, хотя боитесь наказания. Вот это настоящая отвага.
Речь была прервана появлением клоуна Кларенса с радугой огромных воздушных шаров. Дети как по команде застыли, но тут же ринулись за желанной добычей, оставив лишь Кении, Эмму и Буча.
— Спасибо за то, что сняла змей, — еще раз поблагодарил малыш с очаровательной беззубой улыбкой.
— Всегда рада, — кивнула Слоан, снова борясь с неотвязным порывом схватить малыша, прижать к себе и осыпать поцелуями забавную липкую рожицу.
Троица наконец последовала примеру остальных и помчалась за шарами, громко споря об истинной степени мужества Слоан.
— Миссис Макмаллин права. Слоан — настоящая, взаправдашняя героиня! — крикнула Эмма.
— Верно-верно. Храбрее ее никого нет на свете! — про возгласил Кении.
Буч Ингерсолл почувствовал себя уязвленным.
