Ночные всадники

При содействии местных сил. Отослав нижегородцев, министр долго беседовал с Алексеем. Потом поехал на Тихоновскую, в лечебницу. Поглядел на Савича, расспросил докторов и объявил:

– Преступления раскрыты!

Сыщик не дождался от всесильного сановника благодарности. Правда, одну фразу можно было расценить как похвалу. Витте сказал Лыкову:

– Я буду держать вас в поле зрения.

Черт знает, что он имел в виду. Главное, что отпустил. Алексей телеграфировал директору департамента Зволянскому: «Заказчик работу принял».

И получил отпуск на 28 дней!

Сборы были мгновенными. Сыщик заранее отослал в Петербург громоздкую кладь. Няне Наташе он купил на выставке хорошую енотовую шубу (всего 90 рублей! В столице так дешево не сыскать). Всем трем деткам тоже отобрал по шубейке, уже из лисьего меха. И богатую боярку из камчатского бобра – жене. Себе взял ящик филатовского вина, к которому пристрастился в Ташкенте. И еще отобрал фунтов двадцать хорошей серебряной посуды – в приданое принцессе Шурочке. Они с женой потихоньку готовили его дочке, к далекой пока свадьбе.

Ехать отпускнику предстояло через Москву и Кострому. Он хотел добираться в Нефедьевку вместе с Рукавицыным. Тогда и экипаж не жалко нанять, напрямки через Семенов. Евлампий Рафаилович два месяца представлял на выставке Нефедьевскую лесную дачу. Он передал дежурство Титусу и теперь ожидал хозяина. Но Витте все не появлялся, и Рукавицына пришлось отпустить одного. Наконец свобода!

Лыков сделал последние визиты: Баранову, Яковлеву, Тимирязеву, в сыскное отделение.

Всем уже было не до него. Ярмарка и выставка привлекли сотни тысяч посетителей. Только успевай крутиться! Боясь, как бы ему опять что-нибудь не навесили, сыщик был краток. Откланявшись, с одним только чемоданом, вечером 10 августа он сел в поезд до Москвы. Последний, с кем простился питерец, был титулярный советник Новиков. Должность его называлась длинно: помощник пристава Макарьевской части, постоянный дежурный на железнодорожном вокзале. Паршивая служба! Туристы каждый день пишут жалобы, которые приходилось разбирать. В большинстве своем это капризы и требования невозможного. Однажды давно Алексей провинился, и Благово в наказание на неделю сослал его на вокзал. Отведал там лиха молодой сыскарь! Когда вышла амнистия, и он вернулся к ловле жуликов, так радовался…

Пока Алексей думал, как поступить, раздался второй свисток. Можно было вернуться к Новикову и попросить его проверить бумаги егеря.