Ночные всадники

Смеется или просто такая непосредственная? Муж в отъезде, а она зовет в дом незнакомца.

– Вы приглашаете меня войти? А как к этому отнесется супруг?

– Он не удивится! И вообще, чего вы тянете? Красивая дама предлагает вам выпить чашку чая! До поезда еще два часа, гостиниц здесь нет… Ну?

– Так и быть, – решился сыщик, заходя внутрь. – Но, если муж вдруг заявится, я выпрыгну в окно! Потому что робкий!

– Прыгнем вместе! – подхватила хозяйка. – Давайте знакомиться: Анна Яковлевна.

– Алексей Николаевич.

– Дарья, Дарья! – закричала Тистрова.

На ее крик в переднюю вышла горничная необъятной толщины.

– Опять я вместо тебя дверь открываю, лентяйка! Прими у гостя шляпу и ставь самовар.

– А он сам шляпу не может на вешалку повесить? – изумилась девка.

– Дурочка! Так принято в хороших домах!

– Вот, Алексей Николаевич, как у нас отвечает прислуга, – обратилась к Лыкову хозяйка. – У вас в губернском городе так же дерзят?

– Я, Анна Яковлевна, служу в Петербурге, в Департаменте полиции.

– В самом Петербурге! – ахнула Тисторова.

Она провела сыщика в гостиную, предложила ему кресло и сама села напротив. Так села, что капот распахнулся и на груди, и в ногах. Тут сыщик увидел, что под ним нет ничего. Барыня надела капот прямо на голое тело! Фривольное одеяние не имело пуговиц и подвязывалось одним лишь кушаком. В итоге взору гостя представились чуть не все достоинства барыни… Вот бесстыжая! А формы ничего…

– Департамент полиции занимается каким-то поджогом в лесу? Алексей Николаевич, этого не может быть! Скажите правду, для чего вы здесь!

– Истинная правда, Анна Яковлевна.

– Особенные? Постойте, постойте! Колобихин да согласна! Он необычный. И не тот, за кого себя выдает.

– Что вы имеете в виду? – насторожился сыщик.

– Сергей Тимофеевич в состоянии поддерживать светский разговор! Знает даже немного по-французски.

«Пейзане означает «мужики», – вспомнил Лыков слова атамана. С дамочкой следует поговорить! Она может сболтнуть что-нибудь полезное.

– Скажу больше, Алексей Николаевич, – продолжила Тистрова. – Мой муж тоже в деле!

– Ах! Откуда я знаю в каком? Придумайте сами! А мне только скажите, что надо заявить на суде. Напишите на бумажке. Я повторю под присягой.

Сумасшедшая? Суфражистка? Или ей надоели Вязники и она готова вырваться отсюда любой ценой?

– Анна Яковлевна, я вас не понимаю. Какие слова, какой суд? Павел Нилович вне подозрений.