Ночные всадники

А я не знаю, я ничего не знаю…

Стало понятно, что от арестованного трудно добиться правды. Но Лыков не отступал. Он усадил Ваньку прямо под лампу и резко спросил:

– Вам нотариус помогал?

И гайменник отвел глаза.

– Пошел вон! – рассердился Лыков. – Без тебя всех поймаю. Сдохнешь на Сахалине!

Когда Молодкина увели, Валевачев и Яковлев набросились на сыщика:

– Алексей Николаевич! Что за нотариус? Откуда вы его придумали?

– Вот глядите – Лыков выложил на стол пачку отношений. – Я велел прислать мне все дела о пропажах людей в трех окрестных губерниях за последние семь лет.

– Сгинуло бесследно более пятидесяти человек. Особенно много старших приказчиков, которые возвращались с Нижегородской ярмарки с выручкой.

– Пусть так! – воскликнул исправник. – Но при чем тут нотариусы?

– Сейчас дойдем и до них. Пока же обращаю ваше внимание, что приказчики с деньгами – наиболее частая пропажа.

– Для нашей шайки они самая желанная добыча. Если тела не обнаружилось, все думали, что человек сбежал.

Присвоил сумму и сбежал! Понятно теперь?

– Ага… – пробормотал Валевачев.

– Вот! Если и станут искать, то беглого доверенного, а не его труп. А он уж в земле гниет… Очень удобно для банды.

– Алексей Николаевич, я все-таки не понимаю… – опять начал ныть Яковлев.

– Уже подошел к объяснению, Павел Матвеевич. Вот представьте: доверенный закончил сделку, получил сумму и выехал в Москву. Как ночные всадники могли его отследить? Ведь объявлений об этом в газетах не дают.

О получении суммы знают лишь трое: продавец, покупатель и – нотариус!

– Вот вам и объяснение. Стряпчий знает все: размер выручки, время отъезда, приметы жертвы и его экипажа. Остается лишь вычислить, когда добыча окажется в месте засады. Дальше все просто.

– Ужас… – пробормотал исправник и поежился.

Лыков тоже зябко повел плечами. Он представил себе, как все происходило… Ночью из темноты на пустынное шоссе выскакивали черные всадники на черных конях. Быстрые и ловкие, привычные убивать.

И совершенно безжалостные. Они не оставляли в живых никого, ни женщин, ни детей. Среди бесследно сгинувших значились целые семьи… Повозки с телами жертв уводились в лес и прятались на заимке. Там посторонних не бывало, и убийцы спокойно доделывали свое дело. Трупы закапывали или сжигали в печи. Чтобы местные не удивлялись дыму, им подпустили пулю про свечной завод. А лошадей с экипажами Балахонкой отгоняли в Ковров. Может, и не только туда.