Ночные всадники

Нечего палки в колеса вставлять! И дело было не в жалком червонце. Очевидно, что пристав Макарьевской части плохо знал криминальную обстановку в ней. А ведь сам – бывший начальник сыскного отделения! Если дойдет до полицмейстера, стыда не оберешься. А до губернатора?

Солныченко отвезли в пустое, по случаю ярмарки, здание полицейского управления в кремле и посадили там в секретную камеру. Через час Лыков вызвал арестованного на допрос. Он по-хозяйски расположился в хорошо памятном ему кабинете полицмейстера.

При Каргере Алексей бывал здесь через день. Вид на Волгу оставался таким же дивным, как и прежде. И вот опять сидит напротив него негодяй и не хочет говорить…

– Ну что? Будем признаваться или упорствовать?

– Мне каяться не в чем, – ответил трактирщик. – Разве вот в жадности. Приносит человек хорошую вещь и просит недорого. Иной раз не удержишься и купишь.

– Паспортов они мне не показывают, а я и не спрашиваю.

– Кто ж их знает? Чем меньше вопросов, тем ниже цена.

– То есть вы признаетесь, что скупали заведомо краденое?

– Э, нет! Насчет заведомого я возражаю!

– Откуда же, по-вашему, брались эти вещи?

– И вы беретесь убедить в этом присяжных заседателей? – насмешливо спросил Лыков.

 – Вот еще два прежних протокола о выемке у вас ворованного имущества. Это называется рецидива. Усиливает наказание!

– Стало быть, так бог решил, – вздохнул Солныченко.

– Вам по паспорту сорок семь лет. Поплывете на Сахалин. Условия на острове тяжелые. Поверьте! Я был в тех краях, знаю, что говорю.

Сопка есть в окрестностях Корсакова, вся в крестах. Каторжные мрут как мухи. А начальники у них бессердечные.

– За скупку заведомо краденого, господин надворный советник, мне полагается три месяца ареста, – спокойно поправил сыщика трактирщик. – Или штраф в триста рублей. Патент еще можете отнять на торговлю спиртными напитками. Неприятно, конечно. Но как-нибудь переживу. А про Сахалин это вы сболтнули!

Сыщик грозно нахмурился:

– Точно так! Я законы знаю.

– Не все ты знаешь! Пойдешь не как барыга, а как укрыватель! По статье сто двадцать четвертой Уложения.

– Кого это я укрывал? И где? В трактире? Смешно, право слово! Вы попробуйте докажите.

– Укрыватель тех, кто напал на крестьянина Петрова и нанес ему побои, повлекшие смерть. Им каторга второй степени, а тебе годика четыре тоже перепадет.

– Вы их сначала поймайте, – рассмеялся в лицо Алексею трактирщик. – А я знать ничего не знаю.