Ночные всадники

Более-менее договорились мужик с помещиком и живут как могут. А если лихому нет выхода, так он за топор возьмется!

– Понятно. Но давайте вернемся к Савичу.

– Давайте! – согласился Обернибесов. – Их деревенька насчитывала, сколько помню, сто сорок дворов. И была как раз посреди этих Пелуш. Самое такое место!

– А как же вы к ним в гости ездили? Через тайные схроны беглых?

– Ну, не селились же те вдоль дорог! В лес мы старались не углубляться. И вообще… уживались. Они нас не трогали: крестьяне не велели. Да и полицию лишний раз будить ни к чему.

Сколько раз случалось: едешь, а навстречу тебе бегунки! Ну, поздороваешься, они тебе ответят, и каждый идет своим путем дальше. Но иногда попадался в лесу совсем уж дурной человек, проще говоря, негодяй. И он беззаконничал. Воровал, грабил – пока мужики не прознают и не убьют. И вот такой негодяй однажды поймал в лесу госпожу Савич, жену Никиты Ивановича и мать Ильи Никитича. Было ей тогда почти тридцать, имела она двух деток; жили хорошо. И вдруг такое несчастье!

– Нет, только изнасиловал.

– А возница? Не пешком же барыня шла по лесной дороге?

– Возница убежал, испугался. Беглый был очень силен и уже прославился дурными подвигами.

– Дворовый бросил свою барыню?

– Точно так. Никита Иваныч потом его за это в солдаты отдал, не в очередь.

– И что госпожа Савич?

– А куда ей после этого? Продолжила жить как жила. Вины ее в том несчастье никакой не было, просто так бог решил испытать…

– Того мужики на другой же день убили и голову помещице принесли.

– Ну и ну.

Кавказская какая-то история!

– Нет, новгородская. И разворачивалась на моих глазах.

– В каком году она случилась?

– В шестидесятом. За год до отмены крепостного права.

Лыков подсчитал в уме и спросил:

– Стало быть, так и родилась будущая актриса Штромвасер? От того негодяя, которому отрезали голову?

– Да. И здесь случился между супругами раздор. Никита Иванович требовал, чтобы ребенок не родился. Зачем он нужен, плод насилия! А Мария Нефедовна не соглашалась. Как так живую душу убить? Дитя-то при чем? И родила.

– А как Никита Иваныч уверился, что ребенок не от него? – спросил сыщик. – Ведь ежели супруги живут вместе, этого точно сказать нельзя!

– Его тогда не было в имении, он пропадал в Петербурге по опекунским делам. А когда узнал, бросил все и приехал – было уж ясно. Ну, ладно отказалась вытравить плод… Это часто кончается плохо и для матери! Правильно сделала, что не стала! Но, когда дитя родилось, его следовало отдать в Воспитательный дом.