Ночные желания

— Ну что ж, я все равно не отпущу вас в Лондон одну, — и, неожиданно меняя предмет разговора, граф спросил: — А как насчет преподавания?

— А что насчет преподавания?

— Мои соседки в Чизвике, три сестры благородной фамилии, недавно одна за другой вышли замуж. Сейчас они ищут себе замену для преподавания в принадлежащем им пансионе для благородных девиц. Думаю, вам это вполне подойдет. Вот что, вы переночуете у старшей сестры Арабеллы, леди Дэнверс. Я недавно с ней виделся — они с супругом были среди гостей на приеме в Брайтоне, но уехали в Чизвик даже раньше, чем я.

Перед этим молодожены провели несколько недель в свадебном путешествии и теперь спешили к твоим домашним делам.

— Вряд ли я могу позволить вам это сделать.

— Вы хотите сказать, преподавание вас не устраивает?

— Совсем нет, работа учительницы мне по душе. Но я не могу заявиться к ним вот так, без приглашения.

— Конечно, можете. Мое поручительство будет гарантией, что вас примут на должность. Уверяю вас, вы окажете леди Дэнверс любезность, взявшись обучать девиц благородным манерам.

Он поднял руку, пресекая дальнейшие протесты Мадлен.

— Я не намерен более спорить, мисс Эллис.

— Вы всегда так авторитарны?

— А вы всегда так упрямы?

Улыбка заиграла в его красивых глазах.

— Что ж, я убедился: вы действительно говорите что думаете.

Она засмеялась, хотя и сама не знала, что может быть смешного в деспотичности этого аристократа по отношению к ней.

Вероятно, полагая, что она все еще колеблется, Хэвиленд продолжал убеждать:

— По крайней мере, обдумайте мое предложение, мисс Эллис.

Пусть это немногое будет вкладом в погашение моего долга перед вашим отцом. К тому же недавно вы назвали меня джентльменом, и было бы совсем не по-джентльменски отдать вас на милость этому хаму.

Пока Мадлен продолжала внутреннюю борьбу, Хэвиленд прибавил провокационно:

— Вы ведь не откажетесь» только чтобы потешить вашу гордость? Моя помощь в получении вами доходного места не имеет ничего общего с благотворительностью.

Да, Мадден признавала: гордыня — ее главный недостаток.

Маман часто на него указывала. И гордость не позволяла ей принимать милостыню. Ища совета у матери, Мадлен закусила нижнюю губу.

— Так что, согласны? — спросил Хэвиленд, изучая выражение ее лица.

Мадлен коснулась виска. Ее голова закружилась от энергии, с которой граф взялся руководить ее жизнью. Если он представит девушку леди Дэнверс и порекомендует на должность преподавателя… что ж, это не так и плохо, если подумать.