Ночные желания

Я искренне надеюсь, что искусство, которому научила меня Фанни, приведет к успеху, маман.

Решив, что уже прошло достаточно времени и он может без опаски возвращаться домой, Рейн написал молодой жене письмо, в котором оповещал о своем приезде во вторник днем. После их венчания прошла уже почти неделя.

Однако когда он прибыл в Ривервуд, Брэмсли доложил ему, что леди Хэвиленд только что уехала в пансион Фримантл и пробудет там до конца дня.

Рейн подавил в себе внезапно нахлынувшее разочарование, довольно странное, так как их раздельная жизнь — именно то, к чему он стремился в браке.

Когда Мадлен наконец вернулась, то остановилась в дверях кабинета, глядя на Рейна, сидящего за своим столом.

— Добро пожаловать домой, милорд, — произнесла она любезно, снимая перчатки и капор. — Надеюсь, ваши дела в Лондоне увенчались успехом.

Рейн ощутил прилив удовольствия, услышав голос Мадлен и увидев ее впервые после их брачной ночи.

Мадлен выглядела по-другому. На ней был ярко-синий короткий шерстяной жилет, надетый поверх бледно-голубого кашемирового платья, которое являло собой воплощение элегантности.

— Это одно из твоих новых платьев? — вставая, спросил он, пытаясь уловить произошедшую в ее внешности перемену.

— Да, мы с Арабеллой ходили по магазинам несколько раз за эту неделю.

— Я знаю, Брэмсли мне сообщил.

Мадлен внутренне слегка напряглась, но ее тон остался таким же мягким.

— Неужто Брэмсли предоставляет тебе ежедневные отчеты о моих действиях?

— Он делает регулярные отчеты по поводу всего, что происходит в поместье.

— Понятно, тогда мне надо быть осторожнее, раз уж в этом доме столько шпионов, — сказала она, улыбнувшись.

Рейн не мог сказать наверняка, шутит она или нет, а Мадлен сменила тему разговора, медленно повернувшись вокруг своей оси, демонстрируя новое платье.

— Я благодарна Арабелле, за то что она помогла мне стать модной, но ты, возможно, пожалеешь о своей щедрости, когда увидишь счета. Я изрядно растратила средства, которые ты мне выделил.

— Я уже видел счета и совсем не жалею о расходах.

— По правде говоря, я тоже. Твоя бабушка, кажется, сочла мою прежнюю одежду лохмотьями, недостойными графини.

— Она и твои наряды унижала?

— Среди прочего, — ее ответ прозвучал беспечно.