Ночные желания

Мои действия, направленные на завоевание сердца Рейна, похоже, не приносят успеха, маман, несмотря на все мои старания.

Мадлен уделила много внимания следующему акту соблазнения Рейна, на этот раз в гостиной, смежной с ее спальней. По распоряжению девушки стол и два кресла были поставлены напротив камина; рядом располагался маленький столик, на котором кроме графина с вином и двух бокалов пока ничего не было. Ужин должны будут подать позже, так как сначала она была намерена применить свой план по разжиганию в муже любовного пыла.

В эту ночь она страстно желала стать любовницей, о которой он мечтал. На ней был шелковый пеньюар розового цвета, который она надела, следуя рекомендациям Фанни Ирвин. Это был женственный и романтичный наряд, в котором Мадлен чувствовала себя неотразимой, притягательной, преисполненной силы завоевать такого мужчину, как Рейн. И все же холодок пробежал у нее по коже, когда раздался негромкий стук в дверь ее гостиной.

Она впустила его, закрыв дверь позади Рейна.

Также Мадлен отметила едва уловимое напряжение в его осанке, оглядывая его с целью определить, какое она произвела на него впечатление. Это было не очень хорошее начало, учитывая, что девушка собиралась доставить ему незабываемое удовольствие. За окнами стемнело и шел осенний дождь, но здесь было тепло, в очаге уютно потрескивали дрова.

Поставив бокал на стол, она вытащила из прически шпильки. Рейн, не отрываясь, смотрел, как ее волосы тяжелой шелковой массой упали вниз, скрывая локонами ее грудь.

— На тебе слишком много одежды, — сказала Мадлен низким, грудным голосом. — Сейчас я это исправлю.

— Поступай, как считаешь нужным.

Его настороженное безразличие уже начинало раздражать ее. Тем не менее, потянувшись, она игриво поцеловала графа, задержавшись на его губах, пока развязывала пояс роскошного халата и распахивала полы.

Подаваясь еще ближе, Мадлен поднялась на цыпочки и провела языком по его ушной раковине, прижимаясь к нему животом. Она ощутила у него под панталонами быстро твердеющую от ее прикосновения плоть.

По крайней мере, его физическое возбуждение не вызывало сомнений.