Ночные желания

Я хочу, чтобы вы стали моей женой и графиней.

Да, он определенно не шутил, осознала сбитая с толку Мадлен. Вряд ли что-то могло ее потрясти больше, чем его предложение.

Она открыла было рот, но, так и не найдя слов, закрыла его. В голове шумело.

— Прошу вас, возьмите себя в руки, — сухо сказал Хэвиленд.

В ответ Мадлен только смотрела на него во все глаза. Ей это не снится? Только что она жаловалась на недостаточное внимание с его стороны, а теперь он предлагает ей замужество?

Она проглотила ком, пытаясь утихомирить бурю, бушующую в ее сердце.

— Ваше предложение звучит совершенно неестественно, — выдавила она наконец.

— В нем нет ничего неестественного. Мне нужна хорошо воспитанная жена, которая родит мне наследника. А вам нужен кто-нибудь, кто позаботится о вас. Этим браком мы убьем двух зайцев, как говорится.

Ее сердце сжалось. Так вот в чем была причина его поразительного предложения. А вовсе не в симпатии, как ей хотелось верить.

— Я против убийства зайцев, — сказала девушка, смутившись.

Он добродушно засмеялся.

— Это же только фигура речи. Не уклоняйтесь от ответа. Вы выйдете за меня, Мадлен?

Но она ответила вопросом на вопрос:

— Почему вы делаете предложение мне? Вы можете выбирать из половины женского населения Англии.

— Мне не нужна половина женского населения, мне нужны вы.

— Вы обладаете набором качеств, которые я хотел бы видеть в своей жене.

— Назовите хоть одно.

— Назову несколько. Я чувствую себя комфортно с вами, это для начала.

Радость, которую Мадлен начала было испытывать, тут же улетучилась.

— Комфорт — недостаточная основа для создания семьи.

— Этого не так уж мало. Я не могу сказать ничего подобного о девчонках, которые до сих пор мне встречались. И вы не пытаетесь угождать мне, чтобы произвести благоприятное впечатление. Поверьте, я считаю это немалым достоинством.

Мадлен, к счастью, уже оправилась от потрясения. Чем более разумными представали мотивы, движущие Хэвилендом, тем меньше она была склонна принять его предложение.

— Я не верю, что вас покорили мои достоинства, — сказала она прямо. — Вы просто стремитесь погасить долг, который чувствуете перед моим отцом. Но вы его уже вернули, — если вообще были должны, — оказав мне помощь в трудоустройстве.

Хэвиленд помедлил с ответом.

— Да, я до сих пор чувствую себя должником вашего отца. Я обязан ему жизнью. Это долг, который я уже никогда не верну.