Нокаут

— Спасибо.

Девушка взяла протянутую таблетку и стакан. Её руки дрожали.

Алексей, недоуменно хмурясь, наблюдал за ней. Он окончательно проснулся и то, что видел, ему очень не нравилось.

— У тебя всегда такие болезненные месячные?

Поля сглотнула таблетку, запила её и покачала головой.

— Нет. Побаливают иногда, но чтобы так…

— Поехали в больницу.

Он не предлагал, он ставил перед фактом.

Полина растерянно моргнула, а потом попыталась выдавить из себя улыбку.

— Ты же пошутил сейчас?

— Похоже, что я шучу?

— Леша, ну, какая больница.

Сейчас всё пройдет.

— Если не проходит через час, едем. Без разговоров.

Полина, немного подумав, кивнула.

Когда она спустила ноги с кровати, Леша снова напрягся:

— Ты куда?

— До туалета, — сказала она ему и покраснела.

А Шалый снова почувствовал себя идиотом. Запустив пятерню в отросшие волосы, он взъерошил их. И, правда, мужик, ты с головой что-то в последнее время не дружишь.

Или дело совсем в другом — что в виду вчерашних событий, он попросту опасался куда-либо отпускать Полину? Ну, мало ли.

На работу она уже собирается, а дальше и скажет, что хочет съехать. От одной мысли, что Полина начнет выкрутасничать, у Шалова сводило челюсти. Он её никуда не отпустит, это факт, но и портить отношения, ссориться с ней у него не было никакого желания.

Были другие — защищать, оберегать, заботиться, любить.

Из туалета Полина вернулась бледнее, чем уходила. Она остановилась на пороге спальни и прильнула к косяку. Взлохмаченные после сна пряди делали её ещё более ранимой.

— Лёша, ничего не понимаю… Месячных нет, но… — она замялась. — Мне очень не нравятся эти боли. Они какие-то не такие. Может быть, я себя и накручиваю. Не знаю. Может, сейчас таблетка подействует, я посплю пару часов, и всё будет отлично. В общем…

Алексей посмотрел на электронные часы. 8:15. Проспали они от силы часа три.

— Давай ляжем, — он похлопал по матрасу рядом с собой. — Если боль не пройдет, поедем в больницу.

Противиться Поля не стала. И уже пришла очередь Шалова выдыхать, когда Поля потянулась к нему сама.

Прижалась, как котенок, ища сострадания и соучастия. Алексей осторожно привлек её к себе, накрывая рукой. Вторую положил на живот, распластав пальцы, осторожно начал поглаживать.

Они некоторое время лежали молча. Ни один из них так и не смог уснуть.

— Легче?

— Нет.

— Ну, тогда и не хер вылёживать. Одеваемся в больницу.

— Леша, это просто боли…

— Поля, живо умываться и одеваться.

— А завтрак?

— Живо!

Полина больше не возражала.