Нокаут

И оказался прав.

Баранов тоже что-то почувствовал. Остановился пролетом ниже, задрал голову и посмотрела на Шалова. Тот спокойно встретил его взгляд. Так два хищника примеряются друг к другу, сверяют мысленно свои силы и возможности.

На лестничных пролетах было темновато, не хватало естественного освещения, лампочки зажигать ещё рано. Рассмотреть взгляды друг друга на расстоянии было невозможно. Но хватило и энергетики. Подозрений. Узнаваний. Предположений.

В воздухе заискрило."

"Их битва взглядами длилась не более десяти секунд.

Они прекратили движение, и скрестили взгляды. А потом каждый из них продолжил свой путь.

Первое, что бросилось в глаза Алексею — оставленные ромашки. Красивый букет. Не типичные розы. Нежные. Трепетные. Как Полина.

Паскудство.

Шалый заскрежетал зубами.

А девочка-то привлекательная. Даже очень. И со своими ещё предложениями… Не, нормально: «Станьте моим любовником». Если бы они встретились где-нибудь в баре или у общих знакомых, она бы не прошла мимо его похотливого взгляда.

Ладная. Сладко сложенная. Одна попа чего стоит. Зажал бы её где-нибудь в уголке. Или в машине разложил на заднем сиденье. И что-то подсказывало Шалому, что она противиться не стала бы.

Но…

Они имели то, что имели.

Он — в роли охранника, или пока не пойми кого. Она — в роли жертвы.

Примелейшая картина. Аж сплюнуть хочется.

Посмотрев на цветы, Леша недовольно поморщился. А он и не догадался.

Позвонив в дверь, приготовился к тому, что ему не откроют. Черт, и телефонами они с Полей не обменялись.

Не будет же он десятками минут тут торчать под дверью, как сопливый юнец.

На душе как-то мерзко стало. Пакостно. Не любил Шалов, когда обижали девочек.

Ох, как не любил…

На его удивление, сразу же после звонка послышался звук поворачивающегося ключа.

Дверь открылась и перед ним предстала заплаканная Поля с покрасневшим носом и прокушенной губой.

— Тааак, — протянул он, чувствуя, как градус закипания его ярости резко повышается. Если бы они с Полиной были знакомы чуть ближе… чуть дольше…

— Привет, — она шмыгнула носом и приоткрыла дверь шире.

А у самой взгляд бегает. И на ромашках постоянно останавливается.

Алексей специально задержался в дверях. Он мог лишь предполагать, что сейчас творится в душе девочки. Но и он, черт побери, в няньки не нанимался! Он вообще ни на какую роль не нанимался! И сопли-слезы подтирать ей не собирался!

— Привет. Что за мокрота? — он кивнул на её лицо, которое она поспешила опустить, а слезы размазать по щекам.