Я чуть позже все тебе объясню, когда буду готова, хорошо?
Кивнув, мама поднимается из-за стола и крепко обнимает меня за плечи. В такие моменты, когда она обнимает меня, окутывая запахом лавандового мыла, я чувствую себя в безопасности и перестаю верить в то, что мои проблемы неразрешимы.
Поднявшись, я стучусь к Фелис и открываю дверь. Заметив меня, она захлопывает крышку ноутбука с такой скоростью, будто смотрела порно. Я оглядываю комнату и, увидев свою вывернутую наизнанку форму, висящую на спинке стула, подавляю желание закричать.
– С ней нельзя так обращаться.
Подхожу к стулу и аккуратно выворачиваю юбку, а затем топ. Увидев на груди розовый развод, я замираю.
– Это малиновый пунш. Клянусь, я выведу пятно! – пищит Фелис, убирая ноутбук в сторону. – Не переживай на этот счет.
– Но я переживаю. Она новая, я еще ни на один матч ее не надевала.
– Я не специально.
Прикрыв глаза, я считаю про себя до десяти, чтобы усмирить злость.
– Зачем ты соврала, что не брала мои духи?
– Но я не брала.
Отложив форму, я подхожу к кровати. Округлив глаза, Фелис прижимает колени к груди и натягивает одеяло до самого подбородка. Она меня опасается и правильно делает.
Склонившись над Фелисити, я упираюсь ладонями в свои колени и смотрю в ее глаза до тех пор, пока они не становятся влажными от слез. Таким приемом пользовался папа, когда я в детстве врала, что почистила зубы перед сном и не ела на ночь конфеты, несмотря на то что рот был перемазан шоколадом. Он так же склонялся и смотрел на меня, пока я не признавалась во лжи.
– Я… Я… – Закрыв ладонями лицо, Фелис всхлипывает. – Я просто увидела флакон на столе, он был такой красивый. Если бы я только знала, что ты так разозлишься, то ни за что не стала бы его трогать. А когда ты спросила, я просто испугалась! Ты была такая злая, я не хотела, чтобы ты разозлилась еще сильнее.
– Поэтому решила выставить все так, будто вру я? О, знаешь, это отличный способ задобрить человека.
– Прости меня.
Прости, пожалуйста! Я соврала из страха. Я пытаюсь подружиться с тобой, Райли, а ты только и делаешь, что презираешь меня. Я никогда не желала тебе ничего плохого. За что ты меня так ненавидишь?
По своей натуре я жалостливый человек и обычно на меня действуют слезы раскаяния, но Фелис исчерпала лимит моего доверия.
– Слушай, у меня полно забот, поэтому нет времени играть с тобой в девчачьи Голодные игры. Нам осталось жить под одной крышей совсем немного.
