– Райли, – почти шепотом произносит Сойер, не отрывая взгляда от моего тела, – поверить не могу, ты сказала, что различие в белье на полтона, но тут целый тон, если не полтора.
Он снова заставляет меня смеяться. Поцелуи сквозь смех – именно так я представляла наши отношения.
– У тебя же есть презервативы? – спрашиваю я.
Улыбка застывает на его губах, и он замирает, мысленно проверяя свои карманы. Спустя мгновение Сойер прикрывает веки и со стоном роняет голову, прижимаясь лбом к моему плечу.
– Надо было идти обрабатывать раны ко мне домой.
– Дерьмо. Будь мы в одной из моих книг, нам бы они не понадобились, ими там вообще не пользуются. Немедленно одевайся и добудь нам презервативы!
Плечи Сойера трясутся в беззвучном смехе, за что я легонько стучу кулаком по его спине.
– Я не шучу.
– Думаю, еще пару минут можно прожить без них.
Я в корне не согласна с ним. До тех пор, пока Сойер не оставляет поцелуй под моей ключицей, на груди, а затем спускается вниз по животу. Меня обдает волной жара. Он целует меня поверх нижнего белья, заставляя выгнуть спину.
Думаю, даже пары минут мне будет много, учитывая то, что я была почти готова с тех самых пор, как Сойер скинул толстовку. Он снимает с меня нижнее белье, а я как завороженная смотрю на то, как он оставляет влажную дорожку из поцелуев на внутренней стороне моего бедра и медленно поднимается выше.
Как только он опускает голову и касается меня губами между бедер, я делаю такой глубокий вдох, что не понимаю, как легкие не порвались.
Прикусив губу, едва сдерживаю стон, но уже спустя секунду Сойер заставляет меня вскрикнуть. Фосфорные звездочки на потолке плывут, и я закрываю глаза, запрокидывая голову.
Сойер Вуд словно родился с базовыми знаниями о том, как обращаться с моим телом, чтобы я стала податливее, чем когда-либо, и плавилась под его прикосновениями. Когда кажется, что лучше быть уже не может, Сойер заставляет меня одновременно вздрогнуть и всхлипнуть. Вырвавшийся из моего горла звук кажется настолько чужим, что я распахиваю глаза от неожиданности.
– Боже, почему мы раньше не дружили так близко? – спрашиваю я, комкая в руках покрывало. – Вот что я теперь называю настоящей дружбой.
Сойер смеется, и я чувствую на себе его обжигающее прерывистое дыхание.
– Как думаешь, сейчас подходящее время для шутки про бугорок?
– Заткнись, Сойер, прошу тебя, просто заткнись!
Мне смешно и слишком хорошо одновременно. Я впервые смеюсь сквозь стон, и это сочетание взрывает мой мозг.
