Когда я пришла в раздевалку, чтобы поговорить с Каллумом, то слышала, как парни обсуждали тебя, – они видят тебя в основном составе, а не на скамейке запасных. С тобой «Звезды» заиграют новыми красками. Каллум постоянно выставляет игроков дураками, которых он спасает. А еще в женском туалете о тебе говорят как о самом лучшем любовнике. И мне до чертиков хотелось бы проверить эти слухи на деле.
Словно забыв о злости, Лайнел приподнимается, прислоняясь спиной к изголовью кровати."
"– Ты серьезно? – спрашивает он с недоверием.
– Конечно. Но сам знаешь Каллума, я боюсь его точно так же, как и все. Парни боятся признать нового лидера из-за страха перед ним. Давай на минутку включим воображение, представим, что то самое видео попало ко мне в руки: благодаря ему можно усмирить Каллума, благодаря этому видео Брайт станет твоим личным пажом, если ты этого пожелаешь. Он больше не сможет угрожать тебе и указывать, что делать. Этим будешь заниматься ты.
Во взгляде Лайнела словно что-то вспыхивает, огонек жадности и тщеславия, который очень быстро гаснет.
– Тебе лучше уйти, – говорит он, потянувшись за лежащим на тумбочке телефоном. – Я не собираюсь рассказывать Каллуму о том, какую грязную игру ты ведешь, но могу и передумать.
Откинув одеяло, он опускает ноги на пол, и я делаю шаг назад.
– Я сказал, что тебе пора.
Лайнел демонстративно кладет на покрывало телефон. Разблокированный экран горит, и я вижу окошки открытой галереи.
– Я в туалет, а когда вернусь, надеюсь, что тебя здесь уже не будет.
Лайнел уходит в ванную, слышится щелчок замка. Он дал мне зеленый свет. Бросившись к кровати, я подхватываю телефон и среди снимков вечеринок и футбольного поля нахожу видео длиною в две минуты. Открыв, я проматываю и, увидев, как Каллум затягивается, тут же отправляю файл себе.
Написав Хлое, я торопливо спускаюсь по лестнице, сжимая в руках телефон так крепко, будто от этого зависит судьба всей планеты. В гостиной ребята сидят в кругу и играют в «правда или действие».
Я замечаю сидящую в стороне от круга Фелисити, с покрасневшим лицом и блестящими от слез глазами, она с грустью наблюдает за играющими.
Хлоя прощается с девочками из театрального кружка, и мы идем в холл. У самой двери меня хватают за локоть и так резко разворачивают, что голова начинает кружиться.
Я врезаюсь в твердую грудь Каллума, а заодно погружаюсь в облако пряного аромата «Олд спайс». Сердце подскакивает к горлу.
