Продержишься? Если нет, то, клянусь, я сейчас же сниму туфлю и засуну каблук прямо в твою мелкую, наполовину итальянскую задницу!
Округлив глаза, Нико выглядит растерянным. Он тяжело сглатывает и медленно кивает.
– У меня не мелкая задница, – только и говорит он, а затем усмехается.
Мои плечи расслабляются, потому что Нико меня услышал.
– Спрятались за юбки, – говорит он парням, но уже без обиды в голосе, а затем протягивает ладонь для примирительного рукопожатия, чем стирает остатки напряженной атмосферы.
Отлично, минус одна проблема.
Я чувствую на себе пристальный взгляд, от которого волосы на теле встают дыбом. Повернувшись, вижу Каллума – подперев плечом стену, он стоит в окружении футболистов, но все его внимание приковано ко мне. Улыбка хищника, парень с обложки журнала, внутри которого сидит мстительный и обиженный монстр. Уверена, что сейчас Каллум проигрывает в голове варианты того, как мог бы испортить мне вечер, если бы я не ответила шантажом на шантаж.
От его пристального взгляда все тело неприятно покалывает, а кожа зудит.
Чтобы отвлечься, я тяну Сойера за руку.
– Знаю, что ты это ненавидишь, но потанцуешь со мной?
Он не сопротивляется, позволяя увлечь его в центр танцпола. Руки Сойера опускаются на мою талию, и я сцепляю пальцы за его шеей. В его серых глазах отражаются огни гирлянд, а воздух вокруг нас наполнен запахом корицы и цитрусового пунша.
Я на зимнем балу с Сойером Вудом. Мы пришли сюда в качестве пары, и он смотрит на меня с нескрываемой нежностью и любовью.
Я не совру, если скажу, что мечтала об этом мгновении годами.
В этот самый миг, на вершине своих мечтаний, я испытываю счастье в чистом виде.
– Можно я буду брать тебя на все ссоры с друзьями? Ты отлично ставишь их на место.
– Надеюсь, Нико не обиделся.
– Уверяю, ему даже понравилось. Ты в порядке? – Он касается костяшками моей щеки. – Ты вся горишь.
– Здесь немного душно.
– Я бы не сказал.
– Чувствую себя не очень, но это не испортит мне праздник. Сейчас я хочу просто потанцевать с тобой.
Прикрыв глаза, я прислоняюсь лбом к его плечу, и мы медленно движемся по кругу. Я чувствую теплое дыхание Сойера над виском, он неспешно водит большим пальцем вверх-вниз над моей поясницей.
Голова слегка кружится, и я жалею, что не послушала маму и не поела. А еще не покидает ощущение, что Каллум до сих пор смотрит на меня, потому что кожа продолжает зудеть. В какой-то момент руки чешутся так сильно, что я обнимаю Сойера за талию и чешу запястья прямо за его спиной.
