Новая работа

Антон занял место на спальном мешке и, немного поворочавшись, уснул.

Проснулся, когда уже рассвело. Удивился, что его не разбудили, и сел, протирая глаза. Ишли сидел, сгорбившись у костра, словно окаменел.

– Ты чего не разбудил меня? Договаривались же…

Антон вскочил, резко развел несколько раз руки в стороны, прогоняя остатки сна, и полез в палатку, будить Сета. Нужно было помочь ему умыться и накормить перед дорогой. Антон тронул Сета за плечо и, удивляясь, какое бледное у того стало лицо, тихонько позвал:

– Сет! Да просыпайся, пора!

– Сет! – уже громче и понимая, что случилось что-то очень плохое, перешел на крик: – Сет! Сет!

Антон хотел взять его за руку, но, коснувшись ее, почувствовал, какая она холодная и твердая.

Непроизвольно отшатнулся и заплакал, размазывая слезы по лицу, и повторял, повторял бесконечно:

Сколько времени он провел в палатке, Антон не знал. Вылез на четвереньках, высморкался и спросил:

– Час, может, два назад… – поднял на него воспаленные красные глаза Ишли.

 – Это я виноват, я вас сюда притащил…

– Никто не виноват, это случайность, – твердо сказал Антон.

Они посидели еще с полчаса молча, отдавая последнюю дань умершему.

Антон встал и сказал Ишли:

– Помоги мне, ладно?

Они аккуратно убрали палатку и расстелили ее рядом с костром. Подняли Сета и перенесли на палатку. Антон достал нож и спросил Ишли:

– Здесь нормальное место?

– Да, приметное. Эти два камня, и дерево… По-моему, неплохо.

Антон достал нож, отбросил ногой листья и начертил прямоугольник.

Встал на колени и начал неловко ковырять землю, отбрасывая комья и грязь руками. Ишли достал из рюкзака железную миску и присел рядом. Антон посмотрел на него и подвинулся, освобождая место. Вдвоем дело пошло быстрее. Через несколько часов могила была готова.

Антон и Ишли, перепачканные землей, в грязных потеках, стояли возле тела Сета. Опять пошел дождь, и по лицам стекали капли. Антон кивнул и с помощью Ишли завернул тело в палатку. Подняли и опустили в вырытую яму.

Антон голыми руками, а Ишли помогая железной тарелкой, начали закапывать могилу. Еще через час Антон ножом нацарапал на гладкой стороне одного из валунов крест. Поднял винтовку и выстрелил в воздух. С соседних деревьев взлетели стайки птиц и заметались меж стволов, оглашая воздух тревожным щебетанием.

У Антона подогнулись колени, и он без сил опустился на землю. Тело содрогалось, но плакать по-настоящему он уже не мог. Ишли сел рядом, обхватив колени руками.