Сколько яда и насмешки было в нём…
— Я всегда была очень доброй… иногда даже слишком.
Наверное, Аддам решил, что это маленькая речь, которая сопутствует моему желанию сдаться. По крайней мере, сейчас он лишь прислушался, ухмыляясь и не сводя с меня хищного, выжидающего взгляда.
— Я волновалась за жизни наших врагов, и не хотела, чтобы мои руки замарала чья-либо кровь. Я просто не могу представить, как жить с бременем убийства на душе, – моя ладонь невольно обхватила белую рубаху в области груди. – Мою доброту, наверное, можно сравнить со слабостью и глупостью…
Я невольно сделала паузу, набирая в легкие побольше воздуха, чтобы затем громко закричать, вкладывая в этот крик всю боль, которую мне причинил этот ужасный человек:
— Однако ты очень сильно ошибаешься, если думаешь, что я не стану жестокой и сильной ради защиты тех, кого люблю! – из глаз невольно снова побежали крупные слезы.
– Я уже потеряла так много, а затем снова приобрела. И теперь я никогда и никому не дам отнять у меня моё счастье, потому что я его заслужила!
Я выставила вперед руку, и регалия засветилась ослепительным кроваво-красным светом, который подпитывали мои негативные эмоции.
Мой голос становился всё более надрывистым и громким:
— И если это потребуется, я убью тебя, Аддам Кристал. Слышишь меня?! Убью, но защищу мужчину, которого люблю! Ты не посмеешь отнять нас друг у друга!
Глава 16. Теперь я должна спасти его...
Все восемь живых голов хрипло, противно засмеялись в такт друг другу.
Этот мерзавец ни во что меня не ставил. Как же это злило!
— Глупая фея, – прошипела он, смотря на меня как на мошку. – Хорошо, пусть будет так. Я заставлю отдать регалию силой, а перед этим оторву твои крылышки!"
"Змеиная голова откинулась назад, щеки её раздулись, и сразу после в меня полетел огромный сгусток кислоты. Несмотря на гнев и боль я сейчас была собрана как никогда. Глубоко и звучно дыша, я отдала строгий приказ регалии – выставить барьер. Причем впервые вместо немых просьб я требовала, потому что сейчас я не могу позволить себе проиграть!
Кислота врезалась в прозрачную стену.
В то время мужчины, у которых были прочие камни, разбежались в стороны. Кажется, они не были солдатами, а просто учеными. Те же обладатели тотемов, которые остались на ногах после стараний Каллена, попросту вжались в стены. До них дошло, что «хозяин» не шибко задумывается, кого там заденет очередной его выпад. Мы были с Аддамом один на один.
