Новая жизнь тихой Аннушки

Я тут же покричала судью, и пошла расчищать площадку для поединка. Ногой на земле чертила линию, и просила зевак за нее не заходить.

– Вот и последний твой день настал.

Услышала за спиной ненавистный голос.

– Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь! – отрезала в ответ и встала в центре площадки руки-в-боки.

Судья побагровел. Я же только усмехнулась в ответ. А дальше он шагнул в очерченное мной пространство. Поединок начался.

Глава 23

Вокруг столпились зеваки из местных крестьян, и помощников судьи. И те и другие пришли посмотреть, как он, размажет по земле девченку - выскочку.

Переговаривались и показывали пальцами на меня. А в глазах… нет, им не было меня жаль. Скорее они жаждали наказания за мою дерзкую выходку. Вот ведь, толпа.

Интересно, они догадались хоть ставки на нас сделать? Вряд-ли.

Мерзавец стоит напротив. Он уже празднует победу. Еще бы. На две головы меня выше, шире в плечах. Молодой и поджарый. Все шансы на победу у него. Только вот никто не знает моего секрета из прошлой жизни.

– Ну потом не жалуйся, сама напросилась.

– кидает он мне и его поддерживает дружное многоголосье зевак. Те уже заочно присудили ему победу.

– Сам не реви. – кидаю ему в ответ, и опускаю руки. Придаю телу расслабленное положение. Дескать, давай, нападай. И он повелся.

Мой замысел удался, потому как, чтобы победить врага, нужно увидеть его тактику, разозлить и в решающий момент нанести один удар. Ему хватит. Я уверена.

Судья с ревом бросился на меня, как разъяренный бык. Думал, задавит массой. Но я не зря провела годы в тренировках и боях.

Легким движением ушла в сторону, поднырнув под его неуклюжий выпад. Он пролетел мимо, едва не потеряв равновесие. Зе‌ваки разочарованно загудели.

А судья зарычал от ярости.

И вот он мой шанс. Пока судья пытался восстановить баланс, я молниеносно сократила дистанцию. Точный удар в коленный сустав – и хруст костей разнесся по площади. Судья взвыл от боли и рухнул на одно колено. Но я не дала ему времени на передышку.

Серия коротких, но выверенных ударов обрушилась на его голову и корпус.

Я била точно в болевые точки, используя технику, отточенную до автоматизма. Судья пытался отбиваться, но его движения были замедленными и хаотичными. Он не понимал, что происходит."

"Последний удар. Судья согнулся пополам, судорожно хватая ртом воздух. Его глаза наполнились ужасом и непониманием. Он рухнул на землю, сраженный, как подкошенный.

На поляне воцарилась тишина. Крестьяне и помощники судьи стояли, словно громом пораженные.