Новенькая в академии

Я с мольбой пытаюсь вложить в свой взгляд все, что чувствую – свои опасения за друга, боль, которую мне причиняет его неожиданная холодность, и просто отчаяние от того, что по-другому никак… Но все мои посылы разбиваются о стену неприступности, которую Мик выстроил вокруг себя в ожидании.

- Мик был серьезно ранен… Еще сегодня утром он едва держался на ногах, - всхлипываю, опуская взгляд, но кожей чувствуя яркую злость друга.

- Да? А что же случилось? – иронией в голосе Ледяного можно вскрывать заживо, а я с ужасом понимаю, что не могу назвать причину.

Он ведь пытался проникнуть за мной в кабинет Лэйса, пока мы там мирно болтали… нарушил все правила… И вряд ли ректор простит его точно также, как меня, всего лишь отправив мыть бассейн нырлов…

- Ректор Лэйс, у Алисы просто буйная фантазия. Все со мной в порядке. Я могу идти на игру? Уже десять минут как прошло начало…

Улыбка в уголках губ Ледяного заставляет мое сердце обвалится вниз, потому что, кажется, мне здесь верить не собираются.

- Что ж, на счет фантазии студентка Роббит я нисколько не сомневаюсь, - говорит он таким тоном, словно специально хочет подчеркнуть неформальную связь между нами, - что ж, можете приступать к игре, Микаэл.

Я в панике смотрю, как Мик посылает мне последний, полный презрения взгляд – и отрывистым шагом спешит к своей команде. А я остаюсь на поле, в окружении толпы людей, ревущими трибунами и заинтересованным взглядом ректора рядом – и чувствую себя так одиноко, как никогда до этого в своей жизни.

Да что за долбаное несправедливое гадство в моей жизни в последнее время?!

Ректор удивленно прищуривается, словно увидел нечто странное на моем лице. Я подношу пальцы к щекам, и с удивлением обнаруживаю, как по ним текут слезы. Ничего себе, а я и не заметила…

- Ты плачешь из-за студента-мальчишки?

- Из-за своего друга, - неожиданно твердо поправляю я, и вытираю рукавом влагу, - он правда был болен. Еще утром… Я боюсь, что он может получить травму…

Лэцс медленно кивает, и делает два шага навстречу.

- Я ведь могу помочь, Алиса, - мягко произносит он, тихо и с неожиданной нежностью глядя на мои покрасневшие глаза.

- Вы уже отпустили его на поле…

- Одно мое слово, Алиса. И Мик до конца учебы больше не появится на поле.

Я вскидываюсь, находя глазами приготовившегося друга.