Новенький

Как двойка? Просто за то, что я прослушала ее?

— Я бы хотел реабилитироваться, — уверенно заявляет Соболев.

— Я тоже, — вторю ему.

— Тогда поручаю вам сделать совместный проект, — и тут у меня все опускается во второй раз.

Совместный проект? Вместе с Соболевым? Хочется побиться головой о стол.

— Вы должны взять любой западный фильм и проанализировать его на предмет идеологии страны-производителя, которая транслируется в массы за рубеж с помощью этого фильма. Ваша задача — определить систему ценностей государства, которая путём показа фильма в других странах распространяет, сеет в умы зрителей чужую культуру, чужую идеологию.

Жду от вас на следующем уроке в понедельник презентацию. Понятно задание?

— Да, — уверенно заявляет новенький. — Мы с Софьей подготовим презентацию, — обещает.

По классу тут же проносятся тихие смешки и шепотки.

— А ну тихо! — приказывает учительница.

Конечно, все знают, что Никита с поломанной рукой, и отнюдь не из-за того, что поскользнулся на тротуаре. Лиля награждает меня сочувственным взглядом и неодобрительно качает головой.

Полежаева кривит гримасу и фыркает.

— А можно сделать проект по отдельности? — подаю голос. Почему-то он выходит писклявым. Наверное, из-за нервов. Представляю, что теперь будут говорить у меня за спиной.

— Нет, потому что тогда ваши выступления займут весь урок, и я не смогу объяснить новый материал. А теперь прошу слушать меня внимательно…

Училка продолжает вещать. Я опускаюсь лицом в ладонь и закрываю глаза. Влипла так влипла. Никита будет очень зол, когда узнает.

И ведь не объяснить ему, что я не при чем, что это учительница выдумала такое наказание. Ну не соглашаться же мне было на двойку! Хотя Ник скажет, что должна была согласиться. Боже…

Теперь придется выбирать вместе с Соболевым фильм для просмотра, потом обсуждать его, выискивать какие-то ценности, клепать презентацию. И общаться с новеньким целую неделю. Никита будет в бешенстве. Да и сама я предпочла бы никогда не разговаривать с Соболевым.

Телефон в пенале вибрирует.

Перевожу взгляд на новенького. Этот идиот держит смартфон под партой и печатает. Осторожно достаю свой гаджет и читаю:

Блокирую экран и убираю гаджет обратно. Не хватало еще одно наказание схлопотать.

И почему тот факт, что моя мама директор школы, не даёт мне поблажек?

Такое сообщение я получаю от Соболева вечером того же дня. В груди тут же начинает шевелиться волнение. А когда я перечитываю «Приезжай ко мне, посмотрим фильм», щеки розовеют от смущения.