По мнению шотландских горцев, эти люди были столь же мерзкими, как и англичане, и так же не соблюдали правил честного боя.
За всю дорогу до дома Алека друзья не проронили ни слова. Джейми и Мери находились во дворе замка, когда в ворота въехали их мужья. Джейми, завидев мужа живым и невредимым, засияла, но взглянула в лицо Алека, и улыбка сползла с ее лица.
– Даниел сейчас убьет меня, – прошептала Мери, хватая сестру за руку.
– Улыбайся, Мери! Пусть он думает, что ты ничего не боишься.
Алек спешился и медленным шагом направился к жене.
Выражение его лица было таким, что от него свернулось бы и молоко. Набрав в легкие побольше воздуха, Джейми опередила его:
– Успешной ли была твоя охота, муж? Алек, казалось, не слышал.
– Как ты могла без моего ведома разрешить поселиться у нас леди Фергюсен? – спросил он в свою очередь.
– Поселиться? Мне и в голову не приходила такая мысль, муж.
– Не лги!
От стыда Джейми покраснела, как маков цвет: он опозорил се в присутствии посторонних!
– Мери попросила у меня разрешения пожить здесь, и я согласилась, – сказала она.
– Мой долг защищать сестру.
– Защищать от собственного мужа?
– Если муж грубиян, то несомненно. – Джейми бросила на Даниела презрительный взгляд. – Он оскорбил ее в самых нежных чувствах, Алек. Что, по-твоему, я должна была делать?
– Заниматься своими собственными чувствами, – рявкнул Алек.
– Но он был груб с ней!
– Да, груб! – закричала Мери, прижимаясь к сестре. – Если я не могу остаться здесь, то мне лучше вернуться в Англию!
– А я буду обязана сопровождать ее, – пригрозила Джейми и, скрестив руки на груди, стала ждать ответа.
– Боюсь, что ты скорее попадешь в Нормандию, – заметил Алек и посмотрел на Мери, продолжавшую жаться к, сестре. Шагнув вперед, Алек оторвал от нее жену и крепко! прижал к себе.
Боясь показаться смешной, Джейми не стала вырываться, но ей было очень стыдно, тем более что все это видел отец Мердок.
– Я вес равно не вернусь к тебе, Даниел! – истошно завопила Мери.
С ловкостью, удивительной для такого огромного детины, Даниел, не дав Мери опомниться, сгреб ее в охапку, перекинул через седло лицом вниз, и она повисла, как мешок с зерном.
Мери сучила ногами и визжала, тем самым еще более привлекая к себе внимание окружающих. Ситуация для сестры была, по мнению Джейми, унизительной, и она предпочла бы, чтобы Мери хотя бы молчала.
– Я не могу оставаться в стороне, когда так обращаются с моей сестрой, – шепнула она Алеку.
– Нет, можешь, – последовал ответ.
