На стоге сена висела большая коричневая шкура с нарисованными на ней кругами, в них на разном расстоянии от центра торчали пятнадцать стрел.
– Ты разрешишь мне поохотиться, если я докажу тебе, на что я способна? – спросила Джейми, указывая головой в сторону мишени.
Маркус сильно закашлялся, стараясь таким образом скрыть свой смех. Джейми, нахмурившись, посмотрела на него.
– Я не хочу, чтобы ты опозорила себя перед моими воинами, – ответил Алек, желая разозлить жену и помешать ее «охоте».
– Я не опозорю себя.
Отойди в сторону, муж, и не мешай мне, – приказала Джейми. – Хорошо смеется тот, кто смеется последний.
Алек кивнул и отступил на несколько шагов.
Джейми заметила, что, увидев, как она вставляет стрелу в лук, бравые воины стали разбегаться в разные стороны. Похоже, они тоже не верили в ее искусство.
Джейми взглянула на мишень, но голова Резвой мешала ей целиться. Недолго думая, она скинула башмаки и встала на спину лошади. Она успела выпустить стрелу прежде, чем Кинкейд подбежал к ней.
Джейми опустилась на спину Резвой и нежно погладила ее.
– Почему ты сейчас сердишься? – спросила она мужа с улыбкой.
– Никогда не смей больше этого делать! – закричал Алек так громко, что Резвая шарахнулась от него. Однако, несмотря на свой крик, он помнил, что в глазах жены не было страха, когда она балансировала на крупе лошади.
– О чем ты говоришь, Алек? Чего я не должна делать?
Недоуменный взгляд жены убедил Алека, что она действительно не понимает, о чем идет речь.
Прежде чем ответить, Кинкейд набрал в легкие побольше воздуха. Если бы она только знала, как забилось его сердце, когда она встала на спину лошади!
– Ты могла убиться, – процедил он сквозь зубы. – И тем самым лишить меня удовольствия сделать это самому. Никогда больше не становись на спину лошади! Слышишь? Никогда!
– Мне нравится это, Алек. Когда я дома мчалась по лугам, то часто вставала Резвой на спину.
– О Господи!
– Это правда, муж.
Хочешь я покажу тебе…
– Нет!!!
– Не кричи так. Ты пугаешь Резвую.
– Это тебя я хочу напугать, жена. Поклянись, что…
– Хорошо, хорошо, даю тебе слово. Теперь ты доволен, муж?
–Да.
– Тогда перестань так сжимать мою ногу. Мне больно.
– Джейми, неужели ты не понимаешь, какой опасности себя подвергаешь?
Слова мужа не испугали Джейми, наоборот, она весело рассмеялась:
– Алек, почему у тебя дергается щека? Нахмурившись, Кинкейд промолчал.
