Новое начало

Через полчаса в приёмной послышались звуки каблуков. Я поборол порыв выскочить и набросится на неё, дам ей шанс самой объясниться. Десять минут я буравил взглядом дверь своего кабинета, когда послышался лёгкий стук. Наконец-то! Вдох-выдох:

— Войдите! — надеюсь было сказано нормальным и спокойным голосом.

— Марк Андреевич, доброе утро, — вот как, опять официально. Она подошла к моему столу, взгляд от пола не поднимает. — Вот, — она протянула мне лист бумаги.

— Что это? — спросил я, беря лист из её дрожавших рук.

Начал вчитываться и охренел: она хочет уволиться по собственному желанию, — Что это значит, Леся? — я встал со своего места, она вздохнула и подняла на меня глаза… опухшие и красные, но ничего больше, ноль эмоций.

— Я хочу уволиться, Марк Андреевич, — это было сказано с таким холодом, что я не узнал в ней ту женщину, что ласково будила меня по утрам.

— Это всё, что ты можешь мне сказать, Леся? — глаза на мгновение забегали, но тут же снова заледенели. — Что происходит, Леся? Куда ты ушла? — скажи, солнце, скажи, что всё в порядке, и это просто нервы шалят.

— Какая разница, куда я ушла, Марк Андреевич? — что, блядь? Она что, пьяная? Нет, эта женщина не может быть моей Лесей!

— Отлично… Кто тот мудак? Твой бывший? Ты с ним уехала? — я должен знать, в её интересах самой рассказать всю правду.

— Это не ваше дело, — глаза опустились в пол

— Отвечай на вопрос, Леся, — повысил голос немного.

— Марк… мы провели вместе какое-то время, хорошо его провели. Давай остаемся в хороших отношениях, подпиши моё заявление и закончим этот бессмысленный разговор, — она с ума сошла что ли?

— Ты не ответила, кто он? — пропустил мимо ушей её монолог.

— Никто, он просто обознался, — ну конечно, она меня за дурака держит! Я дал ей возможность сказать самой, не захотела — ей же хуже.

— Леся, что за цирк? — я уже начинаю беситься.

— Никакого цирка нет, давай не будем усложнять, мы ничего друг другу не обещали, — как это не обещали?

— Ты мне в любви призналась пару дней назад! — искреннее призналась.

Не могу поверить, что она такое говорит.

— Ты признался мне, я тебе — ничего такого. После шикарного секса и не такое можно брякнуть, — что, чёрт возьми, она несёт?

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я хочу сказать, что у меня к тебе нет никаких чувств, — голос холодный, но всё же дрожит. Врёт, уверен, что она врёт! Не может человек так хорошо играть в любовь, а любовь есть, я чувствую сердцем.

— Пошла вон, — слишком спокойным голосом сказал я.