Надежда ко мне в постель запрыгнуть хотела, буквально на колени лезла, соблазнить пыталась. Надежда приняла шутливое высказывание о женитьбе за истинное предложение руки и сердца и, как с цепи сорвалась, вела себя крайне неадекватно.
Могла ли она попытаться устранить Нину, в которой почувствовала соперницу?! Вполне…
В целом, это легко проверить! Всего лишь нужно задать Надежде вопрос. Если она соврет в ответ, значит, причастна."
"Я быстро попрощался с Рычковым и его сотрудниками, сказав, чтобы они связывались напрямую со мной, только так и никак иначе.
***
Прямиком из ресторана я отправляюсь в офис. Запах рыбы и брокколи просто убивает… Салон пропах рыбой и овощами. Меня от самого себя подташнивает! Представляю, какое амбре разносится во все стороны!
В приемной Надя удивленно смотрит на меня и отшатывается, пятится, когда я приближаюсь в ней на максимум.
— Алексей Иванович, помойтесь, пожалуйста… Помойтесь! — зажимает двумя пальчиками носик. — Я принесу вам костюм запасной. В офисе есть.
— Помыться? А спинку ты мне потрешь? Может быть, компанию в душе составишь?!
Надя мгновенно убирает пальчики, глаза заблестели! Всем видом Надя выражает готовность вымыть меня всего, во всех местах, с мыльной пеной и без мочалки!
Ее пальцы быстро расстегивают пуговиц на моей рубашке.
— Разумеется, я вам помогу!
Я перехватываю ее запястья, сжав покрепче.
— Только об этом ты и мечтала.
— Алексей Иванович, — шепчет приглушенно. — Вам нравятся такие игры? Пожестче? Ох… Можете делать со мной все, что угодно! Только позвольте мне для начал закрыть дверь приемной.
— Не надо. Люблю игры на публику, знаешь ли.
— Ох… — ее ресницы затрепетали. — Я готова. На все. Ради вас…
— На все?
— На все!
— Тогда ответь честно, что за ерунда со свиданием Нины и Рычкова?
Надежда проворно расстегнула пуговицы на моей рубашке и выдохнула:
— Нет никакой ерунды. Между ними проскользнула искра. Такое бывает. Обоюдное влечение…
— Клянешься, что это так?
Надежда подняла на меня взгляд. Глаза смотрели кротко, ангельский незамутненный взгляд!
— Мамой клянусь, — добавила она, соврала, не моргнув, не дернувшись.
Пальцы помощницы легли на ремень, она проворно достала его из петелек и решительно чиркнула ширинкой, готовясь на колени встать и взять дело в свои руки и не только.
Но едва она опустилась с видом грациозной лани и потянулась к брюкам, чтобы снять их с меня, я сделал шаг назад.
— Надя, ты уволена. Уходи прямо сейчас, пока я тебя в порошок не стер.
