Просто Джаспер не считал отсутствие денег у сокурсника чем-то достойным презрения. Ну не повезло родиться в богатой семье, что тут поделаешь? В людях Джаспер ценил не это. Однако и служить матерью Терезой менее состоятельным кадетам он не собирался, привечал только тех, кому симпатизировал, а симпатизировал он, прямо скажем, мало кому.
Лифт вознесся в башню и тренькнул, останавливаясь. Двери открылись, и Виталия опять же за рукав вынули из кабинки и провели до ближайшего столика.
– Вы сидите, – скороговоркой выпалил Джаспер.
– Будущему президенту с подносами ходить не положено…
«Будущему президенту – оно понятно, – мрачно подумал Виталий. – А бывшему бычку? Обитателю стада?»
Однако происхождение Виталия тоже волновало Джаспера в очень малой степени. И в этом тоже был он весь: мог отказать в пустячной просьбе другому мажору и отослать его в любом из известных направлений, а какому-нибудь безродному Виталию не гнушался иной раз по-дружески помочь.
Буфет занимал весь этаж и в данный момент был почти пуст.
Рихард облюбовал самое удобное место, в дальнем торце стола, лицом к лифтам, спиной к ширмочке. Будущий президент сделал это инстинктивно, повинуясь безошибочному чутью социального лидера. Да и реакция у него была получше – пока Виталий оглядывался и решал, куда сесть, фон Платен уже действовал.
Вскоре вернулся Джаспер с подносом – официантов при буфете не состояло, только бармены, и, будь курсант хоть сыном ректора, хоть сыном президента, к стойке приходилось ходить самолично.
Ну или по очереди, если компания хорошая.
Джаспер ловко сгрузил с подноса три пластиковых кругляша с сосисками в тесте и три бутылочки слабогазированного напитка, который курсанты между собой именовали «ситро». Пили ситро обычно прямо из бутылочки, но сейчас на каждую зачем-то был надет картонный стаканчик.
Отпихнув поднос на дальний край стола, Джаспер уселся на диванчик напротив Виталия.
Диванчик – и это знали все курсанты, от мальков до выпускного курса, – был жестковатый.
– Ну, чего, давай, – тихо сказал Джаспер Рихарду, и тот немедленно полез во внутренний карман учебной куртки.
К величайшему изумлению Виталия, Рихард извлек оттуда небольшую фляжечку.
Видя, как вытянулось лицо Виталия, Рихард насмешливо (они с Джаспером почти всегда обращались к окружающим насмешливо, испытывали, что ли?) спросил:
– Будешь?
– А что это? – приглушив голос, уточнил Виталий.
– Компот! – прошептал Джаспер и так же тихо заржал. Тихо и удивительно беззаботно.
