Да и куда ее оставишь, ведь лагерь разведчиков пуст, Рогов погнал в бой всех до единого, лишь спецов Кузьмича отправил вверх по реке с последними новостями. Спасибо союзным ваксам, повезли их на лучшей лодке – быстро и безопасно доставят до Холода, и тот уже завтра будет рвать и метать после новости о дерзкой военной инициативе своего неугомонного подчиненного.
Хороший разведчик умеет действовать по обстоятельствам, а не цепляться за каждую букву расплывчатого приказа.
Кэт тихо перевела:
– Чимчак говорит, что подходим к узкой тропе.
Тут надо вести себя очень тихо, мы пройдем рядом с поселком, потом завернем к дальнему краю острова.
Все понятно, это тоже обговаривалось при разработке операции. Поселок выбрали не самый простой. Он располагался на крохотном острове, мест под огороды на нем почти не имелось, население вынуждено было к ним плавать на соседние клочки суши. Зато суша тут поднималась высоко, позволяя строиться прямо на земле, а не забивать сваи в илистый грунт. Даже самое сильное наводнение не могло достать до хижин, что для низовьев важно.
Тростник в дельте рос матерый, и это место не исключение. Дикари предусмотрительно не заготавливали его вокруг острова, лишь протоку держали расчищенной. Поэтому со всех сторон вздымались нетронутые дебри, за которыми разглядеть хижины не получалось, даже если проплывешь мимо них в полусотне метров.
Но в лабиринте плавней не все так просто, имелись и другие протоки, ведущие к острову. Из года в год их положение менялось, некоторые зарастали, другие, наоборот, расчищались.
Какие-то можно было легко разглядеть издали, о существовании других не догадаешься, пока не уткнешься в них носом.
Местные ваксы, само собой, прекрасно знали, где и как можно пройти. Также им было все известно о характере дна, о глубинах и прочем, что требуется тем, кто планирует скрытно подкрасться к культурно отдыхающим пиратам и устроить им неожиданную взбучку.
Для начала лодки остановились и чуть ли не в час по сантиметру начали протискиваться через реденькую поросль тростника.
Здесь размахивать веслами нельзя, ведь ночь тихая, а треск сминаемых и ломаемых прошлогодних стеблей разносится далеко.
Дальше заросли расступились, но все равно проход оказался слишком тесным, двигались отталкиваясь шестами от дна и тоже не торопились. Ведь это самый опасный участок пути, до островного селения отсюда рукой подать, через тростниковую стену местами можно было разглядеть отблески огня пиратского костра.
