Новый босс (СИ)

— А чего? — рявкает отец, — Пытаюсь выяснить, на какой почве вы спелись. Единственное полезное, чему эта разведенка могла тебя научить, так это готовить, но этого, как мы все видим, не произошло. Поэтому спрошу еще раз доступным для женского мозга языком: — Какого хера ты переписываешься с моей бывшей дурой-женой у меня за спиной?

— Матрешка, — теребит меня за колено Гас. — что происходит?

— Будем считать, что Уолдер Фрей достает свой свадебный подарок.

Гас понимающе качает головой и с любопытством продолжает наблюдать за происходящим.

— Мы с Анжелой вместе ходим на йогу, Игорь. — бесстрашно окликается мама. — И я не дура.

— Спорное замечание, Ира. Значит, пока вы пятками до носа доставали, договорились отпрысков своих скрестить, селекционеры херовы?

Анжела возмущенно распахивает рот и, видимо, не придумав в ответ ничего путного, снова его захлопывает.

— Анжела как мать поняла мое желание не отпускать дочь в Америку. — фальцетом лепечет мама. — Тебе этого не понять, Игорь.

И мы подумали, что Егору подошла бы такая девушка как Слава. И ездить никуда не надо.

В этот момент я благодарю все высшие силы, что Гас не понимает русского языка. Потому что вряд ди оставил бы без внимания подобную мамину ремарку. Ох, мама Ирина. Любительница причинить добро.

— А говоришь не дура. — хмыкает отец. — Подумали они своим куриными головами. Ты бы за себя сначала думать научилась, а потом за дочь соображала. Анжела то понятно чего суетится — знает, что ей кроме соболя и тачки от меня ничего не перепадет.

Вроде тоже умом не блещет, а тут сообразила, как будущее своему прицепу обеспечить.

Прикрыв размалеванный рот рукой, Анжела тихо охает и зеленеет.

— Чего ты стонешь? — сердито смотрит на нее отец. — Ты думала, если я тебе в любви признался, у меня совсем мозг поплыл? Я же не дебил двадцатилетний, чтобы гормоны в голову и мозги на на помойку.

Оставив ее ловить ртом воздух, снова поворачивается к окаменевшей маме.

— А ты, юродивая, куда Ждановой жизнь перекраивать полезла? Мне этот жираф заграничный тоже поперек горла, но я ж их не трогаю.

По взгляду его одуревшему видно, что удавится за нее, а этот… — презрительно кривит губы, кивая головой в Егора. — Только пыль в глаза пускать умеет. И что за розовая дрянь на тебе опять одета, а? Что ты вечно баб перещеголять пытаешься?

Пока Егор складывается вдвое и пытается уползти под стол, Гас откидывается на спинку стула и начинает широко улыбаться.