Кутепов выдержал драматическую паузу и завершил мысль:
– Однако дело каждого из вас будет рассмотрено отдельно, и суд определит степень вашего участия в мятеже и личную вину каждого. Но повторяю: вас не расстреляют, я вам это обещаю.
Солдаты вновь зашумели, но мощный голос полковника опять перекрыл гомон и заставил всех замолчать:
– Те же из вас, кто хочет полного прощения за участие в мятеже…
Над Литейным установилась тишина, нарушаемая лишь отдаленной стрельбой. А Кутепов повысил голос, громко и четко заговорил так решительно, как будто отдавал приказы:
– Итак, кто хочет прощения за участие в мятеже, тот не сможет отсидеться в своих теплых казармах, объявив нейтралитет.
Никакого нейтралитета! Нейтралитет – это неисполнение приказа, это нарушение присяги и измена! Полностью прощены будут лишь те, кто вспомнит о том, что они – верные долгу и присяге солдаты Русской императорской армии! А потому я повторяю – кто останется на улицах, будут считаться мятежниками, а мятеж будет подавлен любой ценой. Это я вам обещаю! Те, кто вернется в казармы – не будут расстреляны, но понесут наказание соразмерно своему участию в мятеже, но с учетом раскаяния их не расстреляют.
И это я вам обещаю. Те же, кто верен государю, долгу и присяге, будут полностью прощены и займут места в нашем строю и будут беспрекословно выполнять приказы мои и ваших командиров. Каждый должен решить для себя. На размышления у вас будет десять минут.
Полковник сделал короткую паузу, оглядывая строй и вглядываясь в их лица, подмечая всю ту гамму чувств, которую испытывали сейчас стоящие перед ним.
Всю эту смесь растерянности, отчаяния, азарта, решимости, недовольства и откровенного неповиновения. Видя все эти чувства и желания, Кутепов тем не менее чувствовал, что большинство все же растеряно, не знает, как правильно поступить, и откровенно запуталось в происходящих в городе событиях. И если появится тот, кто продемонстрирует силу и решимость, тот, кто возьмет на себя ответственность, кто поведет их за собой, то они пойдут и будут выполнять приказы.
Какое-то время. А вот насколько долгим будет это самое время, целиком и полностью зависит от твердости и воли их командира. А с командирами у них, судя по всему, не все так хорошо, как хотелось бы. Ну да ладно, с командирами определимся позже, решил Кутепов и подвел итог:
– Кто желает прощения и идет со мной – идут строиться в том дворе. Объявившие нейтралитет – возвращаются в свои казармы ждать суда. Мятежники остаются на улицах и ждут пулю.
