Новый русский попугай

Маркиз сидел за компьютером.

Собственно, в этом занятии не было ничего особенного и уж тем более ничего криминального, хотя Леня и не принадлежал к той армии компьютерных маньяков, которые проводят со своим электронным другом каждую свободную минуту.

Но когда Лола сделала по инерции несколько шагов и через плечо Маркиза взглянула на экран, ее глаза округлились от изумления. От изумления и возмущения.

— Не надо так волноваться, — Леня повернулся к ней, — Пу И гиподинамия не грозит.

Лола буквально онемела. Она только открывала рот, как выброшенная на берег рыба, и тыкала пальцем в экран монитора.

Наконец ей удалось справиться с голосовыми связками, и она закричала таким голосом, которому позавидовала бы самая мощная пароходная сирена:

— Мерзавец! Растленный тип! Моральный урод! Грязный извращенец! Чем ты занимаешься? Что ты позволяешь себе в приличном доме? Это же надо, опуститься до такой степени!

Поскольку при этом она не переставала тыкать пальцем в монитор, Леня тоже покосился на экран.

На экране красовалось изображение полуобнаженной красотки и ярко-розовая надпись: «Девушки по вызову. Телефоны, фотографии, цены. Любые районы города».

— Имей в виду, — вопила Лола, — я сейчас же, буквально немедленно собираю вещи! Или нет — это ты собираешь вещи и выметаешься из этого дома на все четыре стороны! С этой минуты между нами все кончено! Я забуду даже твое имя! Нет, это надо же — столько времени я жила рядом с таким растленным типом! Мало тебе продавщиц, официанток и стюардесс! Мало тебе учительниц младших классов, секретарш и медсестер! Мало тебе научных работников и маникюрш! Ты скатился ниже плинтуса, опустился ниже уровня моря! Думала ли я, что придется пережить такие позорные минуты?!

— Да что ты так разбушевалась? — попытался остановить ее Маркиз.

— Из уважения ко мне ты собираешься вызвать на дом «ночную бабочку»? — Лола от возмущения снова утратила дар речи, чему Леня несказанно обрадовался: от ее визга у него едва не лопнула барабанная перепонка.

— Именно из уважения к тебе! — повторил он как можно убедительнее. — Потому что не хочу заставлять тебя заниматься таким… гм… сомнительным делом!

— Ах вот как! — Лола снова обрела дар речи.