Новый русский попугай

Сергей Михайлович выглядел очень подавленным, разочарованным, несчастным… Видно было, что он искренне страдает, что история с пропавшей невестой, которая оказалась самой настоящей мошенницей и авантюристкой, выбила у него почву из-под ног. Наверняка он не хотел причинить вред Лене и его напарнице…

Кроме того, Леня чувствовал некоторую неловкость, неосознанное чувство вины перед Зозулиным. Ведь те методы, которыми действовала эта голубоглазая авантюристка, так напоминали их с Лолой собственные методы! Фальшивый паспорт, актерская игра, манипуляция человеческими слабостями…

Ему было искренне жаль несостоявшегося заказчика.

Леня машинально взглянул на его окна.

В одном из них появился мужской силуэт. Осторожно, стараясь не показываться в окне, незнакомец задернул шторы.

Это не был сам Зозулин — Сергей Михайлович плотнее, массивнее, но ниже ростом.

Кто же это может быть?

Ведь Зозулин живет один…

Маркиз почувствовал легкое беспокойство.

Кроме всего прочего, Сергей обещал выйти, чтобы отдать Маркизу то, что должен.

Беспокойство Маркиза все усиливалось.

Ему показалось, что на фоне задернутых штор мелькнули два мужских силуэта, причем они резко передвигались, как будто люди за шторами дерутся, точнее, один избивает другого…

Маркиз вспомнил мертвую брюнетку в лифте торгового центра и понял, что не может дольше ждать.

Леня подхватил Пу И и устремился в подъезд.

Песик недовольно тявкнул — он еще не нагулялся.

— Потерпи, малыш, — пробормотал Маркиз, взбегая по лестнице, — если все в порядке — мы с тобой еще погуляем…

Теперь ему уже казалось, что тревога ложная, что шторы задергивал сам Зозулин.

«Ну, тогда я извинюсь перед ним… лучше лишний раз перестраховаться, чем прозевать настоящую опасность!.

Пробегая мимо ниши между третьим и четвертым этажами, Леня инстинктивно притормозил. Из ниши пахло табаком.

Он развернулся, наклонился… и увидел на полу несколько свежих окурков сигарет «Данхилл».

— Кто-то здесь торчал не меньше часа! — пробормотал Леня. — Понимаешь, Пу И, что это значит?

Пу И, разумеется, сделал вид, что понимает.

— Но только тебе, малыш, придется подождать меня здесь! — С этими словами Леня посадил песика на широкий подоконник.